Мистер Генофонд (СИ)

Вместо музыкантов и дорогой кормежки на Полю можно было навесить гирлянду из брюликов или подогнать к подъезду новенький красный авто.

Но я слишком хорошо помнил, кем казался ей всегда. Ни один камень или машина неспособны были сломать этот стереотип, а значит, предстояло идти другим путем. Впечатлять по классике.

Одно радовало — несмотря на дурацкую привычку бороться за независимость, Полька спорить не стала. Попыталась перенести тур на вечер, пару раз цокнула языком, однако через полчаса выплыла из ванной комнаты во всеоружии.

"Черное платье до колена, не вечернее и не повседневное. Незаметный макияж и шпильки. На миг я даже подумал, а не остаться ли, помять немного полянку. Но упрямая Полька могла не согласиться второй раз идти на выпас.

На поездку ко мне и сборы ушел еще час. Подниматься наверх Поля отказалась наотрез, даже после звонка деду, который подтвердил, что аэродром пуст. Долго уговаривать я не стал. Риск никуда не уехать в квартире лишь возрастал, а секретарша Басманского уже заказала нам столики в трех разных местах.

***О том, что с культурной программой я перестарался, стало ясно уже в середине дня. В первый ресторан мы попали как раз к обеду. Аппетит после активной ночи у обоих оказался отличным. Первое, второе и десерт провалились как в бездну.

Поля, к моему восторгу, носом не вертела и калории не считала. Смотреть, как она орудует вилкой и облизывает губы, можно было вечно. Но из-за голода мы слишком шустро расправились с едой, будто не в ресторан пришли, а в бар быстрого обслуживания.

Во второй локации ситуация кардинально отличалась от первой. Есть мы уже не могли. Даже легкие салаты не лезли в горло. Потому, как два нищеброда, цедили кофе и пытались о чем-то говорить.

С темами для бесед дело обстояло хреново. Что рассказывать о себе, я не знал. Вряд ли Полю мог заинтересовать счет в банке или площадь квартиры в Лондоне. Не из тех она была. Даже питерские хоромы сильно не заинтересовали.

Спрашивать про быт и других мужиков я тоже не стал. На работе, как и дома, уже побывал.

Никогда никого не ревновал. Легко сходился, легко расходился, не интересуясь ничем кроме горизонтальных отношений. А с Полей всегда клинило. Отелло был милым добрым парнем в сравнении со мной.

Годы от этой напасти не лечили. При мысли, что кончала так же с другими, что шептала их имена или царапала спину, нутро скручивалось в узел.