Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.

— Я до сих пор чувствую…

— Рад, что тебе есть, чем заняться.

— Энди…

— Дав, сейчас не могу. Вечером обращайся.

— Я не о том. Чарли просил тебя дождаться его.

— Тогда пусть поторопится. Мне тоже есть, чем заняться. Вас тут кучи, а я один.

— Думаю, твое будущее зависит от него…

— Мое будущее зависит от меня! И мне кажется, ты постараешься, чтобы так оно и было.

— Черт с тобой!

— Я уже говорил, Дав. Со мной. Со мной.

Энди был не в настроении, но упорно пил кофе, хотя он и не лез уже. Господин Браун не заставил себя ждать и подсел за столик парня.

— Доброе утро.

— Утро добрым будет вечером, — буркнул мальчишка.

— Ты мне нравишься. Есть в тебе стержень. И злость есть. Такие многого добиваются. Но это так, сентименты. Теперь о деле. Хочу вывести тебя на сцену. Дав говорит, ты отлично обращаешься с шестом…

Энди усмехнулся. С каким именно?

— Я хочу посмотреть, что ты можешь и, если это приемлемо, подумаем, что с этим делать. Давай готовься и дай мне знать.

— Я готов.

— Отлично.

Такой расклад мне нравится.

Энди делал что-то на шесте, танцевал на сцене, а Чарльз смотрел. Пристально, наклонив голову, словно высчитывал в голове сложную математическую формулу, и от этого парень чувствовал себя не в своей шкуре. Наверное, прошел час или что-то около того, но Браун так ничего и не сказал. В конце концов, Энди не выдержал.

— Чарльз, либо скажи «да», либо я пошел!

— Кто тебя учил? — вопросом ответил арт-директор.

— Господин Ким, — недоуменно протянул Энди.

— Кима я вижу, но есть еще кто-то. Весьма необычная техника. Давай посмотрим, что еще ты можешь.

— В смысле?

И тут Браун оживился. Он вскочил на сцену и крикнул куда-то в зал:

— Дай Фиону «Give it to me right»!"

"Как только послышались первые звуки композиции, Чарли изменился. Энди впервые видел, как в считанные мгновения человек перевоплощается в другую сущность. Это была именно сущность. С тяжелым глубоким взглядом, засыпанным потаенной страстью, властным до последнего аккорда, жаждущим до измождения.

В нем чувствовались хриплые ноты порока, глубинного, мощного, бесконечного. Браун начал движение. Нет, не движение, не танец… Жизнь! Энди растерялся. Идеал Стива рушился. Его энергия не была столь необузданной, столь рвущейся, столь сметающей. Чарли не желал думать о партнере, не желал давать ему шанс. Он хотел, чтобы партнер думал о нем. Он заставлял его это делать, и Энди подчинился. Без остатка, без доли сомнения, без сожаления.