Мир, который без меня. Альтернативный гей-роман. Книга 1.

С трудом одевшись, Маккена появился в дверях. Перед ним простиралась мертвая, чужая гостиная. Он подумал, что не узнает ее. Набор безликой мебели. Незнакомая, неуютная чистота. Чужой человек внутри его неуютного мира.

— Я приготовила омлет с помидорами и горошком. Будете есть за столом или отнести наверх?

Еще во время перечисления Рой почувствовал, что его сейчас вывернет. Сочетание гороха с помидорами вызвало ноющую тоску. Так же убого, как и все вокруг.

Студия… Нет. Только не это. Это апартаменты бога, и нечего унылой тетке следить там.

Пусть хотя бы наверху все останется по-старому. Рой сел за стол. Икебана с сухими веточками. Маккена подвинул к себе вазочку и понюхал. Слабый, чуть осязаемый запах лаванды. Он уже умирал. Испарялся, как и все в его мире. Ольга поставила на стол тарелку. Мертвое блюдо, лишенное аромата и красок. Так ему показалось. Женщина все время что-то говорила, но Рой воспринимал ее голос, как глухие вибрации после ударов молотка в запаянной трубе с водой.

— Не могли бы вы исчезнуть? — не то спросил, не то сказал Маккена.

— Простите? — не поняла Ольга.

— Я сказал, — четко и медленно выговаривая слова, повторил Рой, — чтобы вы катились к черту!

Женщина опешила.

— Конечно, господин Стивенсон предупреждал меня о вашей выдающейся почтительности, но я не ожидала, что она столь велика. Наверное, он был прав, предложив такую сумму за услуги.

— Я рад, — огрызнулся Рой, отодвигая тарелку. — Надеюсь, это покроет моральный ущерб.

— Господин Маккена, — спокойно произнесла Ольга, — вам придется потерпеть меня еще немного.

После завтрака я сделаю укол, который прописал доктор и после с удовольствием удовлетворю вашу просьбу.

Она говорила настолько жестко, что Рой понял: у него нет сил сопротивляться. Наверное, дешевле будет перетерпеть, чем продлить эту внезапно нахлынувшую радость общения.

— Валяйте ваш укол. И, если можно, побыстрее.

— Но вы ничего не поели, — не унималась женщина.

— Значит, не голоден! — обрезал Маккена.

Ольга ничего не сказала и лишь молча принялась готовить инъекцию.

— Извольте оголить задницу, — наконец сквозь зубы произнесла женщина.

— Раздеваться догола или одно полупопие подойдет?

— Достаточно и четвертьпопия, — она не заставила себя ждать.

Рой чувствовал ее прикосновение, словно касание холодной скользкой рыбы с шершавой чешуей.

— Не могли бы вы меня не трогать? — заскулил он, с трудом выдерживая болезненный укол.

— С превеликим удовольствием, — зло согласилась женщина.