Шипучка для Сухого

Врагам морды бьет, тебе холодильник затаривает. А ты боишься. И чего боишься? Что потребует взамен чего-то? А что с тебя, дуры, взять? Квартиру?

Похоже, не нужно ему этого. На других уровнях плавает.

Тебя? Да смех один.

Тут вспоминается, как он живот мне целовал… Как смотрел, так странно, словно что-то невозможное видит, что-то нездешнее, чудесное… Не было в глазах его грязи, как у того же высокого мужика, что хватал меня за лицо, разглядывал.

Не было похоти. Другое что-то было.

Но, скорее всего, тебе это показалось, Оля.

И сейчас тоже сидишь, как дура, у грязного порога и пытаешься найти что-то хорошее в ситуации.

Глаза, там, какие-то… Поцелуи…

Я встаю, опираясь на дверь, иду в ванную, чтоб немного освежиться и приложить уже, наконец, эту чертову бодягу к скуле.

На обратном пути к дивану бросаю взгляд на круглый, покрытый скатертью стол и опять застываю.

Прямо посередине узорчатой вязаной скатерти стоит ваза с цветами.

Ваза моя, верней, не моя, прабабушкина.

Я наклоняюсь, но запаха нет. И все равно смотрю, и кажется, что они теплом отдают. Летним жаром, полевым ветром и свежестью.

Он шел ко мне в гости. С цветами.

Он говорил тогда, у парадной, «до встречи». И шел ко мне.

Часто ли мужчины сейчас дарят цветы?

Часто ли мужчины дарят цветы женщинам, от которых хотят только определённых вещей? Постели?

У меня, конечно, совсем нет опыта в отношениях.

"Но я не в пустыне живу, я вижу, как относятся мужчины к женщинам. Парни моего возраста к девушкам. И очень мало, на самом деле, тех, кто приходит на свидание с цветами.

И уж тем более цветов не ожидаешь от такого человека, как Олег.

Я настолько ухожу в себя, продолжая машинально наглаживать нежные лепестки, что вздрагиваю, когда резко звенит звонок.

Вскакиваю, морщусь от боли в животе, потом отчего-то пытаюсь пригладить волосы.

Потому что точно знаю, что это он. Больше просто некому.