Шипучка для Сухого

Олег не угомонился до сих пор с этим замужеством, надо же. Продолжает давить.

Ну, вполне в его манере, привычно даже. Это был бы не Сухой, если б не старался дожать.

Но мне все равно не по себе. В основном, от того, что каждый раз избегаю его взгляда, когда перевожу все в шутку. Или молчу, как в этот раз.

Уже давно все сказано. Столько всего сказано.

Зачем ворошить?

Не хочу.

Я вообще мало чего хочу.

Меня все устраивает сейчас. Устраивает моя жизнь, относительно спокойная и тихая. Устраивает штиль на личном.

А он, как назло, не понимает. Не оставляет меня в покое. Ворошит все время что-то. Все пытается вернуть то, прошлое, которое давно уже похоронено и забыто. Зачем?

Чего ему не хватает?

У него есть все.

Да у него и раньше все было, зачем лукавить?

Но почему-то всегда была нужна я.

И когда-то я была этому рада.

Глупая маленькая девочка.

— Ольга Викторовна, вызов! На прошлый адрес. Ребенок обварился кипятком.

Ну вот как тут сдержаться и не выматериться? Я держусь.

Вадим — нет.

Врубаем люстру и мчим назад.

В квартире пахнет еще больше кошками, щами, орут мужики, визжат дети, и прямо посреди кухни плачет маленькая девочка в мокрых колготках.

Мать пытается содрать их с нее, но я успеваю крикнуть, чтоб оставили. С кожей же сейчас снимут!

Вадим молча идет вперед, я — следом.

И в тот момент, когда я прохожу мимо комнаты, в которой мы в прошлый раз меряли давление, оттуда выскакивает бабка и с криком:

— Сглазила, сука! — бросается на меня.

Я не успеваю среагировать, машинально прикрываюсь рукой и даже сначала не чувствую боли. Просто смотрю, как капает на пол кровь, трогаю себя за бок, удивленно переворачиваю ладонь в красном.

Крики словно отдаляются, я как-то смутно вижу, что ко мне бежит Вадим, что бабка, напавшая на меня, бросает нож и спокойно ложится на диван…

А потом все плывет перед глазами, теряет фокус.

Наверно, я падаю и теряю сознание, потому что неожиданно вижу перед собой Олега, такого же, каким он был сегодня ночью.

— Ольк… Может, поженимся все же?

Я хочу улыбнуться ему.

И кивнуть.

Очень хочу.

Жаль, что не успеваю.

9. Примерно двадцать лет назад

Мне с тобою больно,

Мне с тобою страшно.

Оглянусь невольно –

Самолет бумажный

Носит ветер, носит,

Веет ветер, веет…

Кто любил — не бросит?

Правда? Не сумеет?

Ты поймаешь. Только

И скажу однажды:

Без тебя мне больно.

Без тебя мне страшно.

22. 07. 2020.

М. Зайцева.