Михаил II

Он сказал:

– Стрыляют, командыр!

И я сразу же себя почувствовал красноармейцем Суховым, отражающим нападение банды басмачей. В реальность меня вернул голос Рустама, который по-русски говорил без всякого акцента и обратился ко мне как подобает верноподданному. Он заявил:

– Ваше величество, нападающих положил пулемёт недалеко от ворот. Они попытались окопаться, но там утрамбованная галька и песок, и под огнём у них это не получилось. Вот они и бросились под деревья, где сейчас и окапываются. Это получается у них не очень хорошо – земля мёрзлая, и сменившие нас пехотинцы хорошо стреляют.

При таком огне ребята поручика выбьют большинство напавших абреков где-то через полчаса. И можно будет зачищать территорию вашей резиденции от бандитов.

Я выслушал слова Рустама с большим вниманием, ведь это была первая информация, которую я получил о творящемся в резиденции беспределе. Мне понравилось, как держится в этой ситуации командир ингушей. Да и его подчиненный был парень хоть куда. Надо же, в такую напряжённую минуту все его объяснения свелись только к бесстрастному «стреляют», и всё.

Но мне мало было такого объяснения. Рустам, конечно, более развёрнуто объяснил сложившуюся ситуацию, но мне и этого было мало. К тому же если Рустам говорит, что основные события разворачиваются недалеко от ворот, то почему сам смотрел в бинокль в сторону флигеля? Вот я и спросил:

– Рустам, если ты говоришь, что противник сосредоточен возле ворот, то почему смотришь не туда? Что, бандиты начали окружать здание дворца?

– Никак нет, ваше величество, к нам пробираются не бандиты, а связисты поручика Силина.

Я заметил, как они разматывают кабель. Наверное, получили задание провести линию связи во дворец. Связистов двое, и, видно, они на передовой, под огнём противника, не бывали. Делают всё неловко и в основном ползком, хотя в нашу сторону считай и не стреляют. Одиночные пули, конечно, пролетают, но плотного огня в сторону дворца противник не ведёт.

То, что Силин, несмотря на нападение, выполняет моё приказание протянуть линию связи, меня порадовало, наконец-то у меня будет информация о действиях команды разведчиков.

Хотелось лично поруководить ведением боя. После доклада наблюдательного Рустама мне казалось, что поручику нужно быть более активным. Не втягиваться в перестрелку с бандитами, а атаковать их с тыла. Ведь в подразделении поручика имелись мобильные силы, это тринадцать конных ординарцев и четыре самокатчика. А это опытные и лихие ребята.