Милаха

Но сначала тебе, конечно, придётся убедить своего Кащея вернуться к первоначальному варианту контракта.

– Как ты себе это представляешь?

– Да легко! Бровки домиком, губки надула, слезу пустила – и всё. Не подействует – пригрозишь, что уйдёшь от него. Это точно подействует. Крайняя мера, конечно, дважды обычно не прокатывает, но нам и надо-то только один раз, контракт переписать. А дальше уже помягче дрессировать будешь.

– А я не об этом, – тяжело усмехнулась я. – Как ты себе представляешь наше с тобой дальнейшее общение?

Она глянула так, словно я сморозила какую-то глупость.

Даже бровь удивлённо приподняла.

– А что не так-то, Милусь? Я тебя не к панели шантажом принуждаю, не на убийство толкаю, не на воровство. Я помогаю тебе решиться на большие перемены в жизни. На классные перемены. Такие, за которые ты меня ещё благодарить будешь! А это всё, – кивнула на фотки, – это строго между нами. Как дополнительный стимул, не больше. Мне нет смысла тебя топить и очень надеюсь, что ты мне его и не дашь.

А то, что надавить пришлось, так это знаешь… Без давления и боли ни одна целка не сломалась бы. Зато потом, сама понимаешь, сплошное удовольствие!

– Не думала что ты такая, – я опустила голову, понимая, что мне нечем крыть. – Восхищалась тобой. Уважала. А ты…

– А что я, Милусь? Ничего не изменилось. Ни-че-го. Продолжаем работать в прежнем режиме.

– Ну да. Просто дуло в затылок, и шаг влево, шаг вправо – расстрел.

– Перестань драматизировать. Пойди к себе, успокойся, подумай. Выспись.

И увидишь – уже завтра утром будешь мечтать о предстоящих Каннах. Поверь, я знаю, о чём говорю. И нам с тобой обеим выгодно дружить, поэтому… – Наклонилась вперёд, подхватила бутылку: – Выпьем за это?

Я выскочила из её номера, ломанулась куда-то по коридору, потом поняла, что пролетела мимо лифта. Плюнула, вышла на лестницу. Осела на ступеньку, дрожащими руками достала из конверта фотки.

Твою мать… Как? Откуда, блядь? Несмотря на гулкие как удары большого колокола толчки крови в виска́х и зумутнившийся слезами взгляд, разглядела не попавшие в фокус, размазанные горлышки бутылок на переднем плане.

Фотографировали явно из-за барной стойки и, надо сказать, ракурс был идеальным! Вернее, наше место было идеальным: мы с Лёшкой сидели чётко напротив бармена, причём не спиной или лицом к нему, а именно боком, хотя это изначально было неудобно, потому что затрудняло проход официантам… А всё потому, что именно так был сервирован к нашему приходу столик.