Милаха

Ну?

Я села:

– Лёш, мы сейчас как два придурка, ты это понимаешь?

– Ещё бы! Всё как обычно!

И он достал гамбургер – такой красивый, прям как из рекламы… По комнате тут же поплыл аромат еды, и я почувствовала, что нереально голодна. Всё-таки для того, чтобы есть на официальных приёмах, надо уметь это делать, а я в этих вопросах – Мухосранская деревня, увы.

– Держи, это тебе, – и он тут же достал ещё один для себя, – а это мне. Вот ещё картошка, – вынул и её. – Ну, наше здоровье! – протянул руку, и я машинально протянула свою.

Всё это походило на одну из наших посиделок на даче – простых, но уютных. Душевных. Откусила. Мм… Чудо какое-то! Булочка мягкая, внутри кетчуп, маринованные огурчики… Котлета. Охренительно!

– Ты в первый раз? – подмигнул Лёшка. – Желание загадала?

– Ххх, – всхлипнула я с полным ртом, – забыла! – Зажмурилась, задумалась.

– Ты такая смешная…

Не открывая глаз, пихнула его ногой:

– Не мешай!

Что загадать? С детства проблема. Казалось бы – всегда столько всяких хотелок, но в самый ответственный момент, как назло хочется загадать что-нибудь для других.

– Миллион долларов загадала?

– Лучше.

– Два миллиона?

– Не мучайся, всё равно не угадаешь.

– У тебя нос в кетчупе.

– На себя посмотри!.

Сидели среди ночи на одной кровати и жрали бутерброды. Дурдом какой-то! И если бы это видел Денис… Блин.

Щекотливое чувство вины с одной стороны – и дурашливое веселье с другой… И веселье перевешивало. Смотрела на Лёшку: как он таскает картошку, рассказывая смешные случаи из практики вышибалы и понимала, что давно мне не было так легко. Безусловно легко, без всяких НО и ЕСЛИ… когда он вдруг замер.

– Лёш, ты чего?

– Тихо!

Я тоже замерла и услышала, наконец, движение за стеной.

– Димка вернулся, – вздохнул Лёшка.

Вот блин, даже как-то слегка грустно стало.

– Давай, – поднялась, чтобы закрыть за ним дверь. – Спасибо Лёш! От души порадовал, правда!

– Да ерунда, – он задержал на мне взгляд – такой тёплый и задумчивый. – Доброй ночи, Люд.

– Доброй, Лёш…

Потом лежала в темноте и, как и прошлой ночью, думала о том, что он за стеной. Только теперь уже точно знала, что вот прям рядом.