Милаха

А совсем уж под вечер, когда ехали в Олимп, Денис случайно проговорился о том, что в делах его всё налаживается и даже Базу, возможно, удастся вытянуть.

А я ведь ещё утром заметила, что он изменился! И даже в настроении появилась некоторая расслабленность!

Уцепилась за эти слова, стала пытать. Денис, понятия не имеющий о том, что я в курсе заморочек с землёй отнекивался, ссылался на то, что удача – барышня капризная, нельзя говорить о ней раньше времени, не то спугнёшь…"

"– Пфф… Ты как Медведь! Он втюхивал мне эту философию, когда мы тебя из больнички ждали.

– Ещё бы.

– И что? Не с этой ли землёй опять заморочки?

Постаралась выглядеть поглупее, но Денис пытливо сощурился.

– Откуда знаешь?

В принципе спокойно спросил, похоже, и правда – всё налаживалось. Смысл тогда отмазываться?

– Боярская сказала.

–М? – он удивлённо поднял брови, и, бросив быстрый взгляд по зеркалам, пролетел перекрёсток на красный.

– Да, вчера прошвырнулись немного, в ресторан сходили.

– И?

– Да как обычно. Погода, шмотки, косметика… А, ну ещё она рассказала о том, какие тебе бабы нравятся. Так, ничего особенного.

Он улыбнулся:

– Интересно… И какие же?

– С умными сиськами!

– Чего-о-о?

– Угу. И что между двумя одинаковыми бабами ты всегда выберешь ту, у которой сиськи умнее: знают польский, французский и английский.

Денис нахмурился.

– Серьёзно? Так и сказала?

– Нет, конечно, она-то про мозги говорила. Но намекала на то, что у меня только сиськи, так что… Я как бы объединила, чтобы покороче рассказывать было.

Он положил руку мне на бедро.

– Да не бери в голову, в этом вся Боярская.

– Хочешь сказать, тебе не нравятся умные женщины?

– Если честно, не знаю ни одного мужика, которому нравились бы дуры. Но и выбирать только за сиськи или за мозги… – Усмехнулся. – Ладно, забудь. О чём ещё говорили?

– Да так… – помолчала и поняла, что надо говорить.

– И?

И мне пришлось рассказать всё, начиная с Шафрана, с Камара и кальяна, продолжить Филлипком и, наконец, закончить Ольгиными умозаключениями по поводу происходящего с землёй под храм.

Денис неожиданно срулил на обочину, включил аварийки. Потом долго, нахмурив брови, думал. Играл скулами. Курил.