Милаха

Обнял, зажал лицо в ладонях: – Что случилось, Люд?

– Всё нормально…

– Ну как нормально, если ты плачешь?

– Это… От счастья, наверное.

Он замер на мгновенье и, тепло рассмеявшись, зарылся лицом в мои волосы:

– Девочка моя, малышка… Где же ты раньше-то была, а? – Прижал сильнее, аж дыхание спёрло, и шепнул словно самому себе – так тихо, что я едва расслышала: – Ну почему только теперь? И почему именно ты?

Я обвила его руками, прорастая в него, любимого, каждой клеточкой, каждым движением души, каждым ударом сердца.

Проникая, растворяясь, становясь отныне им самим… Но где-то в этом счастье – радужном, кристальном монолите, в драгоценном сплаве ЕГО и МЕНЯ, застыло маленькое мутное пятнышко: «И всё-таки, почему? Он же слышал меня, я знаю…»

***

Он предлагал пойти куда-нибудь, поужинать, но я отказалась. Послушно выслушала инструкцию пользования плитой и вытяжкой, пожарила яичницу с сосисками. Оказалось, что я не смогла включить телек потому, что это делается с пульта, а он для меня – китайская грамота, не меньше.

Ели и смотрели какое-то кино, наверное, смешное, во всяком случае, Денис смеялся. Часто поглядывал на меня, но тут же отводил взгляд и, казалось, снова погружался в фильм. Я была истощена. Не физически – морально. Проклятая, ядовитая… обида? Да нет, не сказала бы. Скорее червоточина. Ощущение, что недостаточно хороша, что ли…

Не захотел, не принял мой подарок. Но почему?

И глупо было зацикливаться на этом, и иначе не получалось – прям хоть бери, и спрашивай у него самого.

Но это было бы ещё глупее. Подумал бы: вот малолетка-то, с малолетскими проблемами! Ну и к тому же, тоже мне, подарок. Пфф! Малолетский, как и я сама. Подумаешь невидаль – кончить в бабу! С его-то опытом!

Но всё-таки… почему?

Во время очередной рекламы Денис выключил звук, повернулся ко мне.

– Ну, рассказывай, давай, что случилось?

– В смысле?

– Люд, не прикидывайся, я же вижу, что ты дуешься. На что?

Я пожала плечами, улыбнулась:

– Да прям… Ну… Устала, может, но не дуюсь, точно!

– Угу… скажи, ещё, голова болит! Иди сюда.

 – Дождавшись, пока я подсяду ближе, под самый бок, обнял меня одной рукой, потёрся носом об щёку: – Говори.

Мелькнула мысль «А правда, спросить, что ли?», но тут же чего-то испугалась и только прильнула к нему ещё теснее.

– Нормально всё, серьёзно.

Он посмотрел на меня внимательно и снова включил звук. Поглаживал моё плечо, перебирал, накручивал на палец прядь волос.