Место под солнцем

— Ты можешь формулировать конкретней?

— Когда была арестована эта женщина?

— В понедельник."

"— Ну вот, всего лишь вчера. Тебе кто об этом сказал? Валера Лунек. Официальная «крыша» твоего мужа. То есть крупный бандит. У него свои источники, он узнал про арест первым. Правильно?

— Ну, и что из этого следует?

— В ночь с понедельника на вторник твоя доброжелательница еще не знала про арест. Более того, целью звонка было не что иное, как ускорить события. Она ведь звонила как бы от имени этой женщины, Ольги.

Все эти эротические подробности… В общем, она подталкивала тебя, провоцировала, мол, колись, рассказывай следователю, что у твоего мужа была сумасшедшая любовница, которая до сих пор никак не угомонится.

— Но я ведь и так рассказала.

— Значит, не все. Более того, твой рассказ прозвучал для следствия не слишком убедительно, на ее взгляд.

— То есть ты хочешь сказать, эта дама в курсе — что я рассказывала следователю, что нет? — прошептала Катя. — Она где-то совсем рядом? И вовсе не Ольга стреляла? Ольгу просто подставили? Ну, продолжай… — А ты сама уже все уже сказала.

Я только подвожу итоги. И они мне совсем не нравятся.

— Чем же? — Катя вытянула сигарету из пачки, Паша подошел, щелкнул зажигалкой, потом закурил сам.

— Хочешь, я сварю еще кофе?

— Нет. Спасибо, потом, чуть позже. Продолжай, пожалуйста, чем тебе не нравятся эти — как ты выразился — итоги?

— Ну, прежде всего тем, что после убийства твоего мужа тебя не оставили в покое.

Это во-первых. Во-вторых, мне не нравится вся эта история с исчезновением Светы Петровой. Разумеется, до самой Петровой мне дела нет. Но то, что она исчезла, а потом позвонил некто и стал говорить ее голосом — это крайне неприятно. И знаешь, я не удивлюсь, если окажется, что Светы Петровой действительно нет в живых. Кстати, у меня в блокноте остался телефон парикмахерши Эллы. Ты не хочешь позвонить, поинтересоваться, не нашлась ли наконец ее дочь? А еще лучше было бы подъехать к ней и поговорить подробней. Она ведь иногда бывает трезвой. Если она слышала обрывки разговоров, запомнила выражение «сушеная Жизель», она могла бы еще что-то вспомнить — на трезвую голову. Мне кажется, начать надо именно с этого.

— Начать — что, Паша? Я не поняла, что именно мы с тобой собираемся начать? Частное расследование? Но уже арестована эта женщина, Ольга, и скорее всего убила все-таки она. Кому и зачем надо было ее подставлять? Сам подумай.