Место под солнцем

— Ну ты чего? — позвал его Артем. — Вылезай. Бомж, покряхтывая, вылез из избушки.

— Слышь, мужики, а это чего за девка приехала на черной тачке? — спросил он таинственным шепотом.

— Понравилась? — усмехнулся Сиволап.

— Класс! — Бориска сладко зажмурился. — Прямо как с рекламы.

— Это актриса Маргарита Крестовская, — снисходительно объяснил Игорь. — А ты почему спрятался?

— Да я это… — бомж смущенно потупился, — отлить надо было. У забора неудобно, здесь народу много, женщины-дети.

— Ты, Бориска, прямо интеллигент! — заметил Игорь.

— Значит, Крестовская Маргарита, — задумчиво произнес бомж. — Актриса, говоришь? И чего, правда, что ли, в рекламе снимается?

— Да я смотрю, ты от телевизора не отлипаешь! — похвалил бомжа Артем. — Давай договариваться как интеллигентные люди. Полтинник «зелеными», полтинник «деревянными».

— Слышь, а она чего, Крестовская эта, живет здесь или, в гости приехала?

— Не отвлекайся, — поморщился Артем, — выкладывай свою информацию. Игорь, давай камеру.

— Эй, подожди с камерой-то, в натуре! — Бомж испуганно закрылся рукавом.

— А как же ты думал? Без камеры и микрофона твои слова гроша ломаного не стоят.

— Это значит, вы меня заснимете, а потом всей стране покажете? Как я, дурак такой, говорю, что киллера видел? Не-е, мужики, не пойдет!

— Никто тебя показывать не собирается, — стал объяснять Артем, — тем более всей стране. Мы вообще эту пленку спрячем. Пока киллера не поймают, ее никто в эфир не пустит. Понял?

— Понял, — кивнул бомж, — но сниматься все равно не буду.

— А между прочим, почему ты в милицию не пошел, если видел, как убили человека? — встрял Игорь.

— Ты чего, совсем, что ли, в натуре? — засмеялся бомж. — Я к легавке по доброй воле на пушечный выстрел не подойду! Они ж меня затаскают, и что буду иметь в итоге? Ведро дерьма и дырку от бублика вместо денег.

— Логично, — кивнул Игорь.

— Ладно, хватит резину тянуть. — Сиволап потихоньку терял терпение, к тому же боялся из-за возни с этим Бориской пропустить Орлову.

Из кожаного набрюшника он вытащил пятидесятидолларовую купюру и показал упрямому бомжу. У того заблестели глаза, грязная дрожащая рука потянулась к деньгам.

— Э, нет, дружок. Давай рассказывай. — Сиволап помахал купюрой у него перед носом.

— Ну вы это, в натуре, мужики, не снимайте меня, я вам так все расскажу, а, мужики, ну сукой буду, не вру, — заканючил Бориска.