Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 3

Воздух вокруг лезвия искажался, создавая эффект линзы.

Когда дым снова атаковал, мой удар прошел сквозь него, и часть облака рассеялась с болезненным шипением.

— Что⁈ — раздался удивленный голос Эрика. — Как ты…

— Опыт, — коротко ответил я. — Ты не первый «призрак», с которым мне доводится сражаться.

Дым отхлынул, затем снова сгустился в человеческую форму. Эрик материализовался в нескольких метрах от меня, его лицо выражало смесь ярости и недоумения.

— Обычное оружие не может причинить вред дыму! — крикнул он.

Эрик попытался применить техники Шейда.

— Где ты изучал эти приемы? — спросил я, легко парируя его атаку.

— По записям Освальда! — прорычал Эрик, переходя к серии быстрых выпадов. — Он изучал древние техники годами!

— И так же годами их неправильно понимал, — парировал я.

"Эрик взбесился, как и любой из маленького кружка по интересам, когда я говорил про это. Он снова растворился в дыму, но теперь облако стало плотнее, агрессивнее. Из него начали выступать острые шипы, нацеленные на жизненно важные точки.

Я переключился между стойками — Лунный Серп для скорости, Форма Рассекающей Души для урона по дыму. Каждый мой удар рассеивал часть облака, но Эрик быстро восстанавливался.

— Ты не понимаешь! — кричал он из дыма. — Они дали мне силу! Силу отомстить!

— Кто дал? — спросил я, отсекая очередной дымный щупалец.

— Неважно! Важно то, что теперь я могу убить тебя!

Дым сгустился в плотную стену и ринулся на меня всей массой. Я отскочил, но понял — так мы можем драться вечно, пусть я и попадал по нему, парень восстанавливался. Мне нужно было заставить его принять физическую форму.

И тут мне пришла в голову идея.

Я позволил дыму достичь меня. Острый шип из сгущенного воздуха прошел сквозь защиту и оставил глубокий порез на плече.

— Попался! — торжественно воскликнул Эрик, материализуясь прямо передо мной. — Теперь ты…

Он не успел договорить. В тот момент, когда он принял физическую форму, чтобы нанести добивающий удар, я схватил его за горло и одним резким движением свернул шею.

Хруст позвонков эхом отразился в тишине леса.

— Слишком самоуверен, — сказал я, отпуская безжизненное тело.