Меч Томаса

Но пока оно еще в колыбели, пока еще борется само с собой, потому что не понимает.

Ратник вытер нос сгибом локтя и поинтересовался:

– Какая нелегкая занесла тебя в эти промозглые земли? Тумана тут хоть черпаком ешь. Я и в мороз не мерзну, а тут зябну, как дед.

Олег с трудом протолкнул кусок гусятины в горле и запил водой.

– Долг, – ответил он ратнику.

Тот вскинул брови и выдохнул:

– Как? И у тебя долг?

– У всех долг, – многозначительно сообщил Олег, поливая тыквенной подливой мясо. – Только разный.

Ратник упер сапог в соседний стул и закивал понимающе.

– Убежала? Понимаю, – сказал он. – У меня тоже невеста была, да как узнала, что я на службу пошел, в соседнюю деревню сбежала, к кузнецу. Меня Савмак звать, как и отца моего. И деда. И прадеда.

– У вас всех так именуют, что ли?

– А то, – согласился Савмак, кивая, – имя с самого начала передается по роду. По первому сыну. Ну так вот. Сбежала моя невеста.

Олег впился зубами в сочное мясо и обгрыз его до косточки, прожевал неспешно и вдумчиво, поскольку медленное жевание благоприятствует здоровью и долгой жизни, а ему, как человеку мысли, положено жить долго и здорово. Только тогда ответил:

– Та женщина не моя, но приходила по мою душу.

Савмак присвистнул впечатленно:

– Экая мощь. Издали разбередил девичью натуру?

– Не знаю, что я у нее разбередил, – отозвался Олег, запивая мелкими глотками, – но дорогу подпортила.

Савмак покачал головой и ответил с выдохом:

– Не серчай, не видал. Но тут полно других девок. Глядишь, какая ляжет до души.

Олег поморщился.

– Не до девок мне, Савмак.

– Ну, как знаешь. Сам-то я тоже новой не нашел, – сказал ратник. – Все некогда.

Олег обтер пальцы о штаны и глянул в окно, где в грязи копошатся две упитанные свиньи, гладкие спины блестят в солнечных лучах, а хвосты-крючки быстро машут от наслаждения – это ж какая радость жевать очистки от репы.

– Ну, благодарствую за беседу и хлеб-соль, – сказал Олег. – Если вдруг где заметишь похожую женщину, не в службу, а в дружбу, дай знать."

"Савмак кивнул и, собрав пустые тарелки, скрылся за меленькой дверью в конце помещения.