Под маской моего мужа

Ноздри Леры гневно вздрагивают. Не смея ослушаться, Рита приземляется рядом со мной. Мне нестерпимо хочется отодвинуться. Пиздец как неуютно под Лериным взглядом.

Пока прислуга незаметными тенями быстро меняет блюда, Лера читает документы.

— Значит, я получаю в дар всё состояние отца. И… сама становлюсь должницей Георга… Как интересно придумано! А сколько это?

— Какая разница, Лера? — миролюбиво улыбается ей Георг. — Это формальность.

Нихера себе формальность? Это же вечное рабство!

— Мне интересно, за сколько меня продал отец.

— Дура! — взрывается Дамир. — Я нашёл способ оставить деньги тебе, несмотря на то, что они уже не мои! Всё моё состояние! Неблагодарная дура. Да ты…

— Руки тебе должна целовать? — дёргает бровью Лера. — Мне кажется, ты продал меня за возможность оставить часть плюшек себе. Так, кажется, было, да, Рита?

Рита округляет глаза и, краснея, опускает их в пол.

— Ты никогда ничего не ценила! — продолжает Дамир. — Ничего из того, что я делал для тебя! Тебе, как анорексичке, приходилось всё впихивать в рот насильно!

— Быть может, я не вижу смысла столько жрать? — оскаливается на него Лера. — Не жрал бы ты так жадно, может, и мама была бы жива!

— До конца жизни винить меня будешь?!

Прислуга ставит порционные вазочки с панакотой.

— Попробуйте панакоту, я готовила её сама.

Все растерянно ковыряют панакоту.

— Рита, что посоветуешь? Как женщина.

— Предложение Георга очень щедрое. Не думаю, что кто-то другой, — взгляд на меня, — оценит тебя так же дорого.

— Пап?

— Повзрослей! И дай мне дожить спокойно в своём доме. Я заботился о тебе всё твоё детство. Твоя очередь.

— Георг… помнишь, ты как-то сказал, что… всегда будешь на стороне моего благополучия?

— Помню.

— Стоит ли мне подписывать эти документы?

Его лицо недовольно вздрагивает. Хмуро смотрит перед собой.

— Вот в целом я согласна с твоими рассуждениями о браке. Но… если женщина уже на этот момент любит другого? Достаточно ли ей будет уважения и заботы для счастья?

— Но он же не заслуживает.

— Да. И, вероятно, она никогда не будет с ним — тем, кто не заслуживает.