Мастер снов

Мэтт уверенно поднялся по трем полукруглым ступеням, но пошел не прямо, к скоростным современным лифтам, а мимо них, по короткому светлому коридору в сторону павильона зимнего сада. Там зеленели густые заросли, среди которых проложили узкие тропинки, посыпанные гравием. Под цветущими акациями стояли ажурные скамьи.

Это помещение не могло быть большим, но умелая планировка создавала ощущение огромного пространства. Густой запах влажной земли, прелых листьев и ванили щекотал ноздри. Аякс громко чихнул несколько раз, принюхавшись, и вытер мокрый нос о плечо Герарда.

Дэймос шел так уверенно, как будто бывал здесь не раз. Свернул на одну тропинку, потом на другую, обогнул массивную ониксовую чашу, с краев которой свешивались мелкие красные цветы.

– Это что, сныть? – Оракул захватил ладонью несколько вьющихся плетей. – Никогда не видел такую разновидность.

Мэтт буркнул нечто неразборчивое и остановился у неприметной двери, почти сливающейся цветом со стеной.

– Черный ход, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Протянув руку, он коснулся тяжелой металлической ручки, потянул на себя. Створка скрипнула едва слышно, распахиваясь. Аякс спрыгнул на пол, с силой оттолкнувшись от плеча оракула, и первым нырнул в сумрак квартиры. Следом, стараясь двигаться как можно тише, прошли сновидящие. Мэтт плотно прикрыл за собой дверь, отрезая полоску скудного света из зимнего сада, задвинул засов.

Они оказались в густой темноте, затем над потолком зажглась тусклая красноватая лампочка – датчик движения с опозданием среагировал на появление гостей, которые обнаружили, что стоят в узком коридоре, загроможденном, с точки зрения Герарда, всяким хламом.

– Кайра, – тихо позвал дэймос. Его лицо в красном свете приобрело черты смертоносного сына Аида, все еще не высохшие волосы торчали во все стороны слипшимися прядями. – Это Мэтт.

Ответа не было.

Коридор закончился маленькой комнатой.