Малыш для стервы и холостяка

А Рихтер так — бесплатное приложение, от которого толку как от козла молока.

На писк микроволновки, разогревшей овощное пюре с индейкой, шустро приполз Арсений. Рита покормила его, умыла и стала собирать на прогулку. Если удастся вытащить коляску, то малыш скорее всего уснет в ней, и Рита пару часов сможет бездумно побродить с ним по району. Это намного лучше, чем сидеть дома, особенно когда тут Рихтер, который бесит так, что аж зубы сводит.

Рита натянула комбинезончик на недовольного Арсения, который уже отчаянно зевал во весь свой маленький рот, и примерилась к коляске.

— Почему не сказала, что вы идете на улицу?

Марк возник в прихожей так внезапно, что Рита вздрогнула. Повернулась и посмотрела на его недовольную рожу и скрещенные на груди руки.

— Я не обязана тебе ничего докладывать.

— Пять минут, и я буду готов.

— Я не могу ждать: ребенку жарко, — огрызнулась Рита. — Я его уже одела.

— Тогда идите на улицу, а я чуть позже вынесу коляску, — распорядился Марк и ушел к себе в комнату. Видимо, переодеваться."

"У Риты не было сил спорить, поэтому она молча спустилась с Арсением на улицу и стояла возле подъезда. Когда появился Марк, малыш уже почти спал. Она переложила его потяжелевшее сонное тельце в коляску, откинув ее спинку до максимума, и опустила ниже козырек, чтобы яркое майское солнце не било в глаза.

— Спасибо, можешь идти, — сухо сказала Рита.

— Спасибо, но я бы предпочел прогуляться.

— Гуляй, кто тебе не дает. Не обязательно это делать с нами, твой племянник все равно спит.

— Какая-то проблема? — Марк приподнял бровь. — Так напрягает мое общество?

— Можно подумать, ты моим наслаждаешься, — парировала Рита, с досадой понимая, что, похоже, ей не удастся отвертеться от совместной прогулки. Непонятно только, зачем Рихтеру это надо.

Она покатила коляску по сухому, нагретому солнцем асфальту, который уже был изрисован цветными мелками.

Рита злилась. Она хотела спокойно погулять с коляской, взять себе ванильный раф в кофейне возле парка, послушать подкаст — в общем, по максимуму насладиться солнечным майским днем. А Рихтер взял и все испортил.