Малышка на двоих

Целовать, обхватывать руками, позволять касаться меня намного откровенней, чем сейчас.

Не Катя, не Катрин, просто… Я.

И я хочу провести ночь с ними, даже если это будет очередной ошибкой.

– Катюш, - Мур тянет моё имя между поцелуями. – Ты…

Не даю ему ничего сказать. Во мне сейчас плещется смелость, кровь бурлит. И ощущение, что всего один момент может всё испортить. Мне сейчас не нужно ни сомнений, ни отговоров.

Поднимаюсь на носочки, сильнее прижимаюсь к мужчине. Глажу пальцами его затылок, целую губы.

– Не позволяй мне того, чего не хочешь.

«Я позволю тебе всё» – остаётся невысказанным, но стараюсь показать это в том, как отвечаю на жадные поцелуи. Не вскрикиваю, когда меня поднимают на руки, занося в дом. Лишь плотно обхватываю его бёдра ногами, шею – ладонями.

– Какая картина, - Тимофей ухмыляется, встретив нас возле двери. – Тим.

– Малышка только «за», ведь так?

Киваю, боясь произнести лишнее слово. Сейчас у меня все силы уходят на то, чтобы не бояться, не переживать, не думать о том, что может произойти.

Пальцы Тимофея ложатся на шею, разворачивая к себе. Наши губы сталкиваются, языки касаются друг друга. Тим целует так, как никогда до этого. Не просто напористо и властно, а будто пытается присвоить меня себе.

Один мужчина держит меня на руках, а второй целует. Зажата между ними, мышцы затекают от того, что нужно оборачиваться назад, чтобы не разрывать поцелуй.

Но это так… правильно, необходимо. Кожа покрывается мурашками, покалывает там, где бродят пальцы мужчин. Я так быстро загораюсь, будто пожар в самих лёгких развели.

Всё сплывается в неразборчивое пятно, когда меня несут на второй этаж, укладывают на постель. Матрас прогибается под нашим весом, холодный сквозняк из окна студит.

– Это лишнее, - Мур стягивает с меня платье.

– И это тоже, - Тимофей избавляет от ненужных остатков одежды.

Я полностью обнажена перед ними.

– Слишком быстро? – Тимур по-своему понимает моё смущение. – Кать? Да говори ты с нами. Ничего не будет, если не захочешь. Только скажешь «нет» и мы сразу остановимся.

– Да.

В горле пересохло, душно, несмотря на свежий воздух вокруг. Могу лишь выдавить одно простое слово, которое всё меняет.