Лука Витиелло

И, наверное, не можешь понять, каково это, чувствовать, что твое собственное сердце разбивается при мысли о том, что человеку, которого ты любишь, больно. Я умерла бы за людей, которых люблю.

Я бы отдал свою гребаную жизнь за Арию, даже не колеблясь, но она этого не знала. Я поднялся на ноги.

— Ты права. Мне не понять.

Ария тоже поднялась с дивана.

— Почему ты не сказал мне? Ты знал уже в течение многих недель.

— Потому что я знал, что тебе это не понравится.

— Ты знал, что я разозлюсь на тебя, и ты не хотел разрушать свои шансы трахнуть меня.

Трахнуть ее? Она думала, что я хочу только трахнуть ее?

— Разумеется, я хотел трахнуть тебя. Но у меня сложилось впечатление, что ты наслаждалась нашими гребаными сессиями.

Лицо Арии исказилось от гнева.

— И ты волновался, что я не была достаточно хорошей актрисой, чтобы одурачить всех после нашей маленькой уловки с брачной ночью. Я даже тебя одурачила.

Некоторые жены делали вид, что им нравятся прикосновения мужа и его компания — как Нине, потому что это был единственный способ выжить в браке с таким человеком, как мой отец.

Я старался не быть таким мужчиной с Арией, и все же она заставляла меня чувствовать себя таковым. Я жестоко улыбнулся.

— Не лги мне. Я трахнул достаточно шлюх, чтобы узнать оргазм, когда вижу его.

Ария вздрогнула, широко раскрыв глаза.

— Некоторые девушки испытывают оргазм, даже когда их насилуют. Это не потому, что им это нравится. Это способ их тела справиться.

Ей не нужно было ничего говорить мне об изнасиловании.

— Твоя сестра должна быть счастлива, что Маттео хочет ее. Немного мужчин могут выдержать ее болтливость. — холодно сказал я.

Ария с отвращением покачала головой и посмотрела на меня.

— Боже, и это причина, не так ли? Потому что в тот день в отеле она сказала ему, что он никогда не получит ее горячее тело.

— Она не должна была бросать вызов ему. Маттео — решительный охотник. Он получает то, что он хочет.

— Он получает то, что хочет? Это не охота, если он принуждает ее вступить в брак, прося у моего отца ее руку. Это трусость.

— Это не имеет значения. Они женятся. — я начал поворачиваться, устав от этой дискуссии.