Лоно Каридес

Гости, сидевшие в дальнем конце залы, поднялись при появлении молодых. Вокруг были только знакомые Бекке лица... кроме одной старой женщины — с яркими глазами-бусинками и худенькой, морщинистой шеей, украшенной нитями жемчуга.

Ободряющие и одобряющие улыбки ширились по мере того, как молодые шли по проходу.

Бекка глубоко вздохнула...

Вот оно!

* * *

— Что случилось?

— Тебе сюда нельзя! — Бекка выдернула из коробки свежую салфетку.

— Почему?

— Потому что на дверях указано «Дамская комната».

— Я не уйду, пока ты мне не объяснишь, что случилось.

— Она меня ненавидит! — Бекка еле справилась с рыданиями. — Извини, гормоны.

— Ничего она тебя не ненавидит! Что сказала тетя?

— Она спросила, сколько уже... Я ответила: четыре месяца. А она заявила, что я слишком толстая для четырех месяцев. Она считает, что я хочу выдать чьего-то ребенка за твоего. А я не...

— Тихо, — Кристос положил ладони на ее плечи. — Уверен, Теодосия ничего такого не имела в виду. Да и вообще наплевать, что она думает.

— Она думает, — донеслось из-за двери умывальной комнаты, — что у вас будет двойня. По-моему, ты толстая потому, что носишь двух Каридесов. А теперь возвращайтесь к гостям и дайте пожилой леди уединиться.

— Двойню? — ахнула Бекка. — Как это?

— Не знаю. Нужно выяснить. Но сейчас, думаю, мы должны присоединиться к остальным.

Кристос, казалось, был не в духе. Бекка его понимала — потому что и сама пребывала в шоке.

И после окончания церемонии, по дороге к вертолету мужчина оставался погруженным в себя.

— Жалеешь, что вышла за меня?

Бекка, не раздумывая, испуганно ответила:

— Нет! Я — нет.

— Ты согласилась, потому что я пригрозил опекой?

Бекка покачала головой.

— Тогда почему?

— Я подумала, что ты прав. Наверное, ребенку нужны оба родителя.

— И, может быть, — ласково предположил Кристос, — тебе уже не так ненавистно это замужество?

Бекка опустила глаза:

— Думаю, от замужества с тобой может быть какая-то польза.

Мужчина взял ее за подбородок.

— Как только мы вернемся домой, я тебе это докажу, — пообещал он таким тоном, что по телу Бекки пробежала дрожь. — Но сначала отложу наш полет на двадцать четыре часа.

— Полет?

— Медовый месяц мы проведем в Венеции. Но, думаю, после того, что сказала тетя Теодосия, нам стоит сперва посетить врача.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

— Отчетливо слышу два сердцебиения... — радостно объявил врач.

С этого момента жизнь Бекки изменилась.