Переводчик

Наверное, все-таки Саша был в чем-то прав. Принесли трупы. Их уложили на лобовой ребристый лист боевой машины пехоты. Рядом положили два автомата, которыми были вооружены боевики. Автоматы, как показатель результативности работы отряда, представляли куда большую ценность, чем трупы.

В том месте, где вертолеты накрыли боевиков, работали десантники. Им тоже нужны были трофеи, и они бегали по полю и собирали оружие убитых боевиков. Старлей-десантник радостно сообщил Романову, что уже собрал три автомата, пулемет и гранатомет.

"Вернувшись к исходной позиции возле околицы деревни, Романов приказал спешиться, а сам, прихватив Нартова, подошел к Иванову, возле которого уже стояли пять чеченцев престарелого возраста, с седыми бородами и глазами, много повидавшими в этой жизни.

— Здравствуйте, — поздоровался Романов.

До того, как Романов подошел к чеченцам, издалека было видно, что они что-то пытаются объяснить Иванову, а на лице Глеба было написано, что еще пять минут такого разговора и он просто начнет бить лица стариков прикладом своего автомата.

На приветствие Романова чеченцы только повернулись и никак не отреагировали.

— Что за базар? — крикнул подполковник и, хоть на нем не было видно погон, чеченцы мгновенно определили в нем руководителя.

— Зачем мужчин убили? — спросил один из чеченцев, махнув рукой в сторону, где вертолетчики накрыли боевиков.

— Кого убили? — переспросил Романов.

Нартов незаметно спросил Иванова:

— Глеб, кто это?

— Это старейшины Сельментаузена, а тот, который говорит, Леча Даудов — глава местной администрации. Он тут самый главный.

— От нас глава или от боевиков?

— От нас… или от них. Черт его разберет.

— Кого убили? — повторил Романов свой вопрос.

— Наших мужчин из села, — сказал Леча.

— Иди сюда! — Романов быстро ухватил Даудова за плечо и поволок к носу БМП, где лежали два трупа.

— Эти? — Леча мгновение рассматривал убитых в лица. — Эти нет.

— Правильно. Потому что это бандиты-наемники, которые приехали сюда из других стран. А ты их пригрел, выкормил, предоставил крышу над головой. Неделю назад ты мне сказал, что в твоем селе боевиков нет и быть не может. Ты мне дал слово, что ни под каким предлогом не допустишь в свое село боевиков.