Переводчик

Ставят его на самый плохой отряд, смотришь, через полгода не отряд, а конфетка. Романов разведчик экстра-класса…

— Я его еще не очень хорошо знаю…

— Еще узнаешь. А вообще, по-моему, Романов это тот, за кем можно идти с закрытыми глазами. У него сознание не как у нормальных людей. Что-то случилось, еще никто не понял, что именно, а он уже все взвесил, осознал и выработал решение… Он с горцами не воюет. Он с ними просто играет. Они для него не противник. Для другой войны он готовился. В Афганистане он был заместителем командира роты в Асадобаде и там воевал так, что мятежники за него даже миллионное вознаграждение назначили.

— Мне кажется, что на войне самое страшное, это недооценить противника, — сказал Олег.

— Это так. Но Романов себе цену знает. Позже ты увидишь в нем нечто такое, чего нет у многих крутых спецназеров.

— И что же это?

— Как бы тебе объяснить… понимаешь, командиры на войне стараются всегда быть осторожными, постоянно считаются с противником, чего-то опасаются, чего-то боятся.

— И боятся, — сказал Олег, вспомнив как Романов нарезал Мишину.

— Да, и боятся, — кивнул Саша.

Олег понял, что исчерпал темы для разговора и повернулся к выходу из палатки.

— Я пойду. Спасибо за таблетки.

— Приходи вечером, посидим, чаю попьем…

Олег кивнул:

— Хорошо, я приду, как смену сдам…

Олег вышел из палатки и направился к штабу. Подумал, что Саша Кириллов хоть и говорил ему немного не то, что он хотел услышать, но мыслит врач в том же русле, что и сам Олег.

— Где ты ходишь? — спросил Шумов, как только Олег вошел в палатку.

— К врачу ходил.

— Душу лечить? — майор криво усмехнулся."

"Олег ничего не ответил. Он прошел к печке и вытянул перед ней ноги. Пришел Романов и сунул Нартову под нос топографическую карту.

— Изучай.

Олег взял карту в руки. Это был прилегающий к расположению отряда район.