Переводчик

Он успел посмотреть по телевизору «Поле чудес», потом час изучал карту района действий отряда, потом привалился на топчан, и глаза начали медленно закрываться. В таком виде его и застал Шумов.

— Иди караул проверь.

Олег молча накинул бушлат, и вышел из палатки. Ночь была прохладной. Олег поежился. На входе в палатку караула стоял боец. Олег представился и тот, узнав Нартова, пропустил его вовнутрь.

Мишин сидел за столиком и читал книгу.

— Я с проверкой, — как-то не уверенно сказал Олег.

Володя повернулся, и с презрением выговорил:

— Послал Аллах проверяющего…

Сказав это, он снова уткнулся в книгу и внимания на Нартова не обращал.

— Почему все спят? — спросил он.

— А когда им спать? — спросил Мишин со злостью в голосе.

— Когда положено, — твердо отозвался Олег.

— На положено у нас наложено.

Нартов прекрасно понимал, что и без того замученные бойцы должны хоть когда-то выспаться, но он хорошо помнил научение Иванова.

— Поднимай бодрствующую смену."

"— Чего? — Мишин сверкнул глазами. — Больше тебе ничего не поднять?

Олег заметил, что за их диалогом следят проснувшиеся разведчики.

— Поднимай, не спорь…

— А то что? Романову жаловаться побежишь?

Олег понимал, что он сейчас наделен правом приказывать Мишину, но тот плевать хотел на все его приказы. Как его заставить выполнить приказ, Олег еще не знал. Нартов взял со стола постовую ведомость и раскрыл её там, где записывались выявленные в ходе несения службы недостатки.

— Значит, не будешь поднимать людей?

— Так точно, — развязно ответил Володя.

— Хорошо, — Олег достал из кармана ручку и склонился над постовой ведомостью. — Так и запишем. А потом делай, что хочешь…

— Ну, ты и гад, — прошипел Мишин и повернулся к нарам: — «Бодрянка», подъем…

Встали три разведчика. Они тоже посмотрели на Нартова с нескрываемой ненавистью.

— А теперь проверим несение службы на постах, — заявил Олег.

— Ну, ты… — Володя выругался, но встал и накинул бушлат. — Пошли…

Мишин взял автомат, и они вышли из палатки. Володя быстрым шагом направился к воротам из лагеря, выходившим к дороге на Махкеты. Там в окопе сидели два бойца. Они, как и положено, окликнули выходящих с базы. Володя буркнул что-то невнятное и подошел к ним вплотную.

— Как дела?

Один боец указал рукой в сторону горы, за которой был Сельментаузен:

— Там кто-то шарахается в темноте.