Переводчик

 — Ты, старик, давай не томи меня, организуй стволы по быстрому, а то я тут все сожгу, всех перестреляю…

Коля в это время пнул одного из лежащих:

— Вставай!

Чеченец встал, озираясь на своих соплеменников, как бы ища с их стороны хоть какую-то защиту. Коля толкнул его в спину:

— Иди становись к забору и закрой глаза…

Офицер демонстративно вскинул автомат.

— Этого расстреляем первого, — сказал Руслан главе сельской администрации.

Даудов посмотрел в глаза Руслану и понял, что никто здесь не блефует.

— Десять автоматов? Обождите…

Леча пошел прочь. Руслан вслед ему крикнул:

— Через пять минут начну расстреливать заложников!

Через пять минут перед Русланом лежало в куче десять автоматов и ручной пулемет.

Когда возвращались обратно, Олег смотрел на удаляющееся село, над которым поднимались клубы черного дыма с двух горящих домов. Тушить их, кроме как ведрами, было нечем, а значит все равно, что не тушить… еще долго через рев двигателей были слышны крики людей, пытавшихся спасти от пожара свои дома.

Олег повернулся к Руслану:

— Вы бы перебили заложников?

— Конечно, — офицер пожал плечами. — А как с ними еще разговаривать? Они же нормального языка не понимают… Сталина на них нет…

Еще через полчаса изъятое оружие лежало перед палаткой штаба, а удивленный Романов рассматривал на стволах маркировку.

— Ну, вы, мужики, и работаете… — повторял он время от времени.

— А как на это дело посмотрит прокуратура? — спросил Шумов.

— Нам такие шутки прощают… — улыбнулся Руслан. — Если свои не доносят.

Игорь обернулся, как будто ища глазами за своей спиной уполномоченного военной контрразведки или работника военной прокуратуры.

Сдав оружие и боеприпасы, Олег вошел в штабную палатку.

— Нартов, — Романов поманил его пальцем: — Иди сюда.

Олег подошел к столу, на котором была развернута карта района ответственности.

— Будешь переводить…

Олег кивнул.

Через несколько минут Лунин и Иванов привели пленного Али. Араба усадили на стул и показали фотографии.

— Узнаешь места? — спросил Романов.

Олег перевел. Араб взял в руки аэрофотоснимки и стал их разглядывать.