Переводчик

Сорок пятый полк тоже вывел за пределы расположения две роты, которые ушли в сторону Шали и растворились в горном чеченском лесу."

"Ближе к вечеру в палатке у аккумулятора с радиосканером собрались Романов, Шумов и Нартов.

— Ракетчики уже на стреме… — сказал Романов. — Как только арабы выходят в эфир, мы даем отмашку осназовцам, они дают координаты нам и ракетчикам, мы определяем, какую сопку бить, и даем её в ракетный дивизион. И все. Едем собирать сливки. Знаешь, Нартов, сколько трудов мне стоило договориться со всей цепочкой? Мне пришлось подключать даже оперативного офицера из Главного Разведуправления, который координирует здесь действия спецразведки…

— Они нам выделяют только одну ракету? — спросил Шумов.

— Не только одну, — усмехнулся Романов. — Правильным будет сказать: ""аж целую одну ракету""! Скольких трудов мне это стоило!

— Если наша логика верна, то духи держат на каждой высоте зенитный расчет и поэтому удар по любой сопке приведет к результату, — сказал Игорь. — Но если это не так и расчет сидит только в одном месте, наши шансы на успех резко снижаются…

— Я и этот вариант предусмотрел, — сказал Романов.

— Это уже кое-что, — усмехнулся Шумов. — Почему ты мне об этом раньше не сказал?

— Это решение принималось в штабе группировки войск совместно с командованием группировки ВДВ.

— Нашли его или нет? — спросил Олег.

— Кого?

— Самолет.

— Нет еще. Найдут. Куда он денется? Чечня маленькая…

В эфире раздался щелчок, как будто кто-то нажал тангенту на передачу, но говорить ничего не стал.

— Началось… — сказал Олег.

Все притихли в ожидании. Прошло минут пять, и наконец раздалась арабская речь, читающая суры из Корана.

Романов схватил трубку закрытого канала связи с подразделением радиоразведки особого назначения:

— Пеленгуйте, один вышел в эфир…

— Слышим, — отозвались осназовцы.

Практически сразу в эфире появился и второй араб. Романов в трубку почти прокричал от возбуждения:

— Второй вышел!

— Запеленгован!

И тут же заговорил еще один.