Локки 6. Потомок бога

Бесстрашно лезешь в самоубийственные атаки!

— Чушь! — выдохнул Рыльский, слыша, как грохочущий пульс настойчиво отбивает всего два слова: «Рука императора», «Рука императора»…

Юный граф зарычал, промчался по лестнице, и первым ворвался в храм, где на него сразу же насел десяток жрецов, выскочивших из засады.

У Рыльского не было шансов. Он уже потратил уйму маны и даже получил несколько ран. Его амулеты давно лишились заряда, а из оружия осталась только родовая сабля. Он лишь успел взмахнуть ею, отразив «Шар мрака», а потом его накрыла вражеская магия.

* * *После моей беседы с Рысью и Белой мы отправились обратно в Гар-Ног-Тон. И на всём протяжении пути девицы молчали, хотя Хорь пытался разговорить Волчицу, влюблённо поглядывая на неё. Но та обращала на него ровно столько же внимания, сколько я на белёсые поганки, лезущие под ноги.

— А что такое вы им сказали, господин, что они будто языки проглотили? — отважился спросить у меня Хорь, когда мы добрались до города и разделились на два дуэта. Мы со зверолюдом пошли в сторону Дворца Совета, а девицы отправились по домам.

— Сказал, что если они и дальше будут так себя вести, то заставлю их выйти замуж за тебя. Видел, как перепугались? — ухмыльнулся я.

Хорь натянуто улыбнулся, показывая, что оценил мою шутку."

"Внезапно у меня в кармане что-то начало нагреваться.

— До встречи, Хорь, — проговорил я и телепортировался прочь в узкий безлюдный проулок, пропахший мусором.

Достойное место для встречи с Хеймдаллем. А тот не заставил себя ждать. Полыхнул голубой свет межмирового портала и из него с гордо поднятой головой вышел янтарноглазый бог.

Он сразу же брезгливо поморщился и процедил:

— Что за помойка? Не мог найти другое место? Это же клоака.

— Не место красит человека, а человек место, — наигранно кротко проговорил я.

— Дерьмовая философия. Где ты такой обучился?

— Да тут недалеко, в борделе, когда кувыркался с преподавательницей философии. Чего ты так удивлённо смотришь? Бюджетникам мало платят.

— Ладно, хватит время терять. Пора в Башню, — хмуро проговорил бог и принялся творить новый портал.

И судя по его напряжённому лицу, тот ему давался тяжело.