Людоеды

Скрежет повторился где-то внизу. Она присела. Этот звук обеспокоил её. Уж не пытаются ли бандиты распечатать дверь? Небось, те ещё взломщики! Ее воображение сразу нарисовало какие-то кривые блестящие железяки, длинные сверла и зазубренные штуковины, всякие ""козьи ноги"" и ""фомки"". К сожалению, инвентарь взломщиков в детективах описан довольно поверхностно, и воображение читательницы сейчас изображало всякие невероятные ужасы. Да ещё Шеломов продолжал бормотать в своем углу, мешал расслышать.

– Да замолчишь ты в конце концов!

Не выдержав, Жека вскочила.

Нащупав на кровати подушку, швырнула в темноту. Шеломов заткнулся, видать, попала. Прислушалась снова. Тихий царапающий звук и еле различимый шепот.

– Кто там? – крикнула она.

Это таинственное подкапывание уже начинало пугать.

– Женя! – Голос за дверью стал громче. – Это я, Володя. Открой.

– Какой ещё Володя? – она ничего не понимала.

– Тише, не кричи. Володя Меншиков. Я тебя вчера выпустил из камеры. Потом на трубы поднимал.

Она узнала. Сразу узнала, но не поверила себе.

Сейчас, торопливо нащупывая ключом замочную скважину, терялась в мыслях: неужели он все время был в подвале? Неужели ему так и не удалось выбраться? Неужели все пропало? Наконец ключ попал в свое законное отверстие, щелкнул замок, и Вовец ввалился внутрь. Жека тут же торопливо захлопнула дверь и повернула ключ.

– Ну, что? Ну, говори.

Она в темноте нашла его, нетерпеливо стала теребить одежду. Пальцы наткнулись на обвязку из парашютного стропа, ухватились крепко.

– Я вернулся за тобой, – жарко выдохнул в ей ухо.

– Правда? – Она притянула его за обвязку, крепко и быстро поцеловала в губы. – Какой ты… – поцеловала ещё раз, – молодец!

У Вовца дыхание перехватило и мысли спутались. Такой горячей встречи он никак не ожидал. Сразу растерялся и не знал, что делать дальше.

– Ну, говори, говори, – громко зашептала Жека, обдавая его лицо теплым сильным дыханием. – Ты Петю видел? Что он сказал?

У Вовца сердце упало. Так хорошо началось, и вот на тебе – Петя. А что он, в самом деле, себе вообразил? У неё же муж есть законный, миллионер, богач.

И все равно обидно, лучше бы уж не целовала. Он тяжело вздохнул.

– Я ему звонил…

Пауза затянулась, и Жека снова затеребила его.

– Ну, говори же!

– Он сказал, что просят пятьсот тысяч долларов, а он больше двадцати не может дать."

"– Как не может, как не может! – Жека встряхнула Вовца так, будто это он, а не Петя, денег пожалел. – Да он мне по пять тысяч каждый месяц дает на расходы.