Любимая игрушка Зверя

Другая культура. Высокий уровень."

"Трудно спорить с очевидными фактами, однако в любом государстве хватает проблем, а в чужом краю трава всегда кажется зеленее. Хотя мне ли выражать свое мнение? Никогда за границей не была, сравнить не удастся.

- А Шолохов как? – холодно спрашивает Наташа.

- Нормально, - отвечаю ровно.

- Общаешься с ним? – щурится. – Не спился? Не сторчался? Задатки были. Сынок богатых родителей. Семья моряков.

- Общаюсь, - не могу удержаться от улыбки. – Практически каждый день.

- Ого, вы небось соседи?

- В каком-то смысле.

- В каком? – синие глаза опять вонзаются в меня.

- Мы супруги, - признаюсь как есть. – Поженились, лишь только нам исполнилось восемнадцать. И с тех пор живем вместе.

- Тогда почему ты так хреново одета? – хмурится. – Он мажор. Неужели не может ничего нормального купить?

- Жизнь по-разному складывается, - отвечаю спокойно. – У нас был тяжелый период, но все постепенно приходит в порядок.

- Ты и Шолохов, - присвистывает. – Балбес. Разгильдяй. Видно, промотал отцовские накопления подчистую.

- Всякое случается, - не собираюсь оправдываться или вдаваться в подробности.

- Понятно, - протягивает она. – А дети есть?

- Да.

- Один ребенок?

- Двое.

Цокает языком. Ничего не произносит, но все мысли и без того громко звучат, накаляют атмосферу. До боли известное «зачем плодить нищету?» отчетливо повисает в воздухе.

Ты можешь родить дитя, пребывая в абсолютном достатке, выстроив планы на будущее, а потом все потерять, резко, в единственный момент, без какого-либо предупреждения.

Почему никто об этом не задумывается? Нельзя предугадать собственное будущее до мелочей, нельзя безупречно спланировать действия наперед. Попытаться – можно. Не более того. Бывает, все идет наперекосяк.

Но я своих детей не брошу. Не оставлю. Я подниму их с нуля, с самого низа. За ценой не постою. Если понадобится, выгрызу для них счастливую судьбу.

- Заглядывай в гости, - приглашает Наташа. – Живу там, где и раньше. Возле школы. Дом со шпилями.

- Спасибо, что подвезла, - покидаю машину, забираю сумки.

И тут в спину бьет мужской голос:

- Ирка!

Миг – сильные руки обвивают талию.

- Отшлепаю, сидеть будет больно, - горячий шепот на ухо. – Зачем опять сама продукты таскаешь? Запрещаю. Официально. Так понятнее?

Игривый шлепок ниже поясницы.