Любимая игрушка Зверя

Словно воплощает фантазию в жизнь. Рисует по чистому полотну, создает лишь ему ведомую картину, приобщает меня к сокровенной тайне. Но не все складывается гладко.

Браслеты оказываются великоваты для запястий. Поэтому их защелкивают вокруг лодыжек. Практически все кольца спадают с моих пальцев. Тоже велики по размеру. Только одно подходит идеально. Серьги не надеть. Проколы в ушах заросли.

- Прости, - выдаю невольно.

Никита прикладывает палец к моим губам.

Тихо. Не мешай. Не разрушай магию.

Да? Не уверена, что верно распознаю ход его мыслей.

Зверь изучает драгоценности, которые остались без дела. Скалится, щурит глаза. Явно размышляет о чем-то. Потом начинает действовать. Собирает цепочку из оставшихся браслетов и колец. Застегивает вокруг моей талии. Серьги вешает впереди и сзади. По центру. И поскольку серьги довольно крупные и объемные, сотканные из тех же причудливых переплетений, что и ожерелье, попадают они в пикантные места.

Вздрагиваю от осознания. Сама себя исследую. Разглядываю.

Одна серьга попадает точно на низ живота. Вторая укладывается в ложбинку между ягодицами.

Мелкая дрожь снедает тело.

Никогда бы не подумала, что буду носить бриллианты подобным образом. Развязно, грязно, извращенно. Щекам моментально становится горячо.

Это смахивает на пояс верности. Немного недоработанный. Но все же.

- Ты доволен? – спрашиваю тихо.

Зверь подбрасывает на ладони последнее кольцо. Ослепительная вспышка режет глаза.

"Горячие ладони обхватывает мои колени. Дергают, заставляя завалиться на спину и вскрикнуть от неожиданности. Мужские пальцы поглаживают внутреннюю поверхность бедер. Властно. По-хозяйски. Не ведая никакого стыда и стеснения. Закрепляют права.

- Что ты… - дыхание перехватывает.

Холод касается меня там, где меньше всего ожидаю. Не сразу понимаю, что это то самое кольцо. Золотой круг опускается на мою истекающую от похоти плоть. Венчает точку, в которой собирается вся чувственность и чувствительность.

- Ник-кита, - выдыхаю судорожно, выгибаюсь.

Металл холодит кожу. И как-то странно ласкает. Металл и камень. Холодный. Но до одури обжигающий.

- Ник, - бормочу глухо. – Ник, я…

Это неприлично. Некрасиво. Непристойно.

Драгоценности не предназначены для таких мест. И я же отдать их должна. Обратно в магазин или пожертвовать. Или… черт, да как же их после этого отдавать?!

Хочу очень многое сказать.