Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

На глазах у всех собравшихся он, шаг за шагом, вышел из башни Красной птицы.

Зрачки Чэн Цяня сузились.

— Старик, ты…

Однако старик больше не обращал на него внимания. Медленно, словно ему было тяжело двигаться, он прошел мимо Чэн Цяня прямо к Янь Чжэнмину и тихим голосом произнес:

— Глава клана, пожалуйста, следуйте за мной. Мой господин оставил кое-что для вас.

Прежде чем Янь Чжэнмин успел ответить, старик уже развернулся и вышел на улицу, по-видимому, абсолютно уверенный, что юноша последует за ним.

Янь Чжэнмин поспешно помахал рукой Ли Юню, а затем побежал за стариком.

Усвоив урок из инцидента с «флиртом», Лужа с сомнением заметалась между Чэн Цянем и Ли Юнем, а затем решительно спряталась в рукаве Чэн Цяня, оставив Ли Юня позади, словно служанку, обязанную привести «горчичное зерно» в порядок.

Под восхищенными, возмущенными и растерянными взглядами толпы они последовали за появившимся из башни стариком. Никто не осмелился произнести ни слова. Башня Красной птицы открывалась каждый год, вот уже на протяжении ста лет.

Если внутри действительно было что-то стоящее, то это «что-то», несомненно, уже забрали. Все могущественные заклинатели заботились о своей репутации, поэтому никто из них не желал опускаться до подбирания остатков. Ну, а те, кто пришел сюда попытать удачу, были обычным сбродом. Никто не мог возразить.

Прямо перед стариком, окружавшая башню стена яростного жара, разделилась надвое, открывая проход, чтобы остальные тоже могли войти. Поскольку лед и пламя издревле противостояли друг другу, Шуанжэнь громко зажужжал.

Чэн Цянь смог это вынести, но почувствовал себя крайне неуютно. В этот момент ему в спину вдруг впился очень злобный взгляд. Юноша тут же оглянулся и пробежал глазами по оставшейся позади толпе. Там, вдалеке, он увидел повозку избалованного мальчишки, которого они ранее уже успели проучить.

«Он просто ничтожный ребенок, еще даже не достигший стадии слияния», — решил Чэн Цянь и отвел взгляд.

Тем не менее, то ли из-за того, что в районе башни Красной птицы было слишком жарко, то ли из-за чего-то еще, но его сердце переполняло беспокойство, будто что-то вот-вот должно было случиться.

Старик шел очень медленно, и им потребовалось некоторое время, чтобы добраться до башни. Над полуразрушенным входом висело несколько ржавых колокольчиков. Словно чувствуя приближение чужаков, колокольчики слегка покачивались, глухо позвякивая. Старик с трудом открыл дверь и тихо произнес:

— Входите.