Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

Его отстранили, поэтому завтра, когда завершится Небесный рынок, он должен будет покинуть остров Лазурного Дракона. Я также обнаружил, что, поскольку у этих негодяев-заклинателей нет клана, они собираются вместе. Чжан Дасэнь сколотил себе команду, мы должны быть осторожны в будущем.

У Хань Юаня была сильная сторона: каждое слово или слух, произнесенные в любом углу улицы, в любом укромном переулке, будут им услышаны.

Ли Юнь спросил:

- Тогда кто был тот человек с веером?"

"Хань Юань нахмурился.

- Нам лучше не провоцировать его.

Он – один из людей острова Лазурного Дракона, его зовут Чжоу Ханьчжэн. Он - левый защитник лекционного зала. В лекционном зале таких двое. Помните женщину с квадратным лицом? Она - правый защитник.

Он имел в виду Тан Ваньцю.

- Этот левый защитник даже не знает нас, почему он затаил такую обиду?

- Вероятно, недоволен тем, что мы попали в лекционный зал, не пройдя испытание, - сказал Хань Юань, - я не знаю. Я слышал, что он очень злобный и довольно темпераментный, так что лучше не нарываться на него в будущем.

Ах да, сегодня я нашел кое-что хорошее.

Сказав это, Хань Юань стряхнул с рук крошки от закуски и вытащил из-за пазухи небольшой пакет, завернутый в промасленную бумагу. С таинственным видом он показал его своему старшему брату.

В бумаге покоились три иглы странной формы. На них были вырезаны едва заметные символы, а кончик слегка посинел.

- Это... - Ли Юнь посерьезнел. – Сяо Цянь, не трогай их! Это иглы для поиска души, они ядовиты... где ты их взял?

Хань Юань ухмыльнулся:

- Купил на Небесном рынке, хе-хе.

- Я знаю, что это за вещи, они ужасны, - держа иглы через бумажную обертку, Ли Юнь совершенно забыл о том, что ругал недостойное поведение Хань Юаня. - Их действительно трудно достать. Они называются «иглы поиска души», нужно лишь указать свою цель, чтобы они сами убили твоего врага. С их помощью можно без труда претендовать на голову генерала стотысячной армии!

Чэн Цяня подобные еретические практики не интересовали. Если бы он действительно хотел превратить кого-нибудь в пепел, он сделал бы это своими собственными руками.

Он даже не стал слушать их объяснения и попросту прошел мимо, неся в руке большую корзинку цветов. Дойдя до комнаты Янь Чжэнмина, он пинком распахнул дверь.

Не обращая внимание на хихиканье служанок, он грубо поставил корзину на стол и рявкнул:

- Увядшие цветы и засохшие ивы [2], как ты и хотел.

[2] 残花败柳 (cánhuā bàiliǔ) – устаревшее значение «падшая женщина».