Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

Пусть обычно она и была крепким спокойным ребенком, но от голода она сдерживаться уже не могла, так что просто плакала навзрыд. Однако вскоре Лужа обнаружила, что в сложившейся ситуации ее плач был совершенно бесполезен, потому принялась грызть деревянный меч, оставленный ее учителем.

Когда Чэн Цянь, наконец, вспомнил о своей младшей сестре, Лужа, имевшая лишь пять молочных зубов, уже прогрызла в деревянном лезвии несколько дыр.

Эти молочные зубы были поистине достойны Небесного Чудовища!

Чэн Цянь покачнулся и поднялся, опираясь на собственные колени.

Пальцами он разжал ей челюсти.

— Выплюнь!

— Ах-ах! — Лужа выплюнула в него две щепки.

После этого Чэн Цянь отнес ее на берег реки и заставил прополоскать рот. Впервые столкнувшись с раздражением своего старшего брата, Лужа тут же закатила ему истерику.

Чэн Цянь бросил на нее свирепый взгляд.

— Перестань плакать.

— А-а-а! — протестующее закричала Лужица.

Чэн Цянь позволил ей рыдать дальше, никак не реагируя, он лишь пристально посмотрел на нее.

Какое-то время девочка еще всхлипывала рядом с ним, пока окончательно не поняла, что это бесполезно. Она не знала, куда ушел мастер. Поскольку их здесь было только двое, рядом не оказалось никого, кому она могла бы пожаловаться на своего старшего брата. Луже ничего не оставалось, кроме как замолчать, надеясь, что совесть ее третьего старшего брата заставит его найти для нее какую-нибудь еду.

Даже жирный червяк подойдет!

Чэн Цянь спас деревянный меч, острие которого было обгрызено младшей сестрой, и тщательно вымыл его в реке.

У него не было настроения уговаривать девочку, потому он просто положил ее у воды и серьезно предупредил:

— Сиди спокойно, не двигайся.

С этими словами он закатал штаны до колен и принялся ловить рыбу.

У Лужи было одно достоинство: она знала, как действовать, когда дело касалось ее собственной выгоды. Она быстро разглядела перспективу получения еды в действиях Чэн Цяня, поэтому тихо сидела на берегу, будто хорошо обученная собака.

Однако поймать рыбу оказалось не так-то просто.

Чэн Цянь никогда не занимался этим, когда жил дома, не говоря уже о том времени, что он провел в клане Фуяо. Так что он был действительно плох в таких делах. Каждый раз эти чешуйчатые твари выскальзывали из его рук, и время от времени хлестали хвостами, раздирая кожу.

День клонился к вечеру. В конце концов, Лужа больше не могла ждать. Мучимая голодом и жаждой, она свернулась калачиком, сунула палец в рот и заснула.