Лишняя. С изъяном

– По моей теории, у убийцы проблемы с потенцией, так что если Ричард никого не…

– Так! Я категорически отказываюсь обсуждать… потенцию своих знакомых с моей невестой!

Он запнулся на неприличном слове, но мужественно довел мысль до конца.

Даже не знаю, что меня дернуло подразнить его, но я, не задумываясь, выпалила:

– А свою?

Все еще взъерошенный и красный от своей тирады о неприличном, он был таким милым и домашним, что я совершенно не ожидала от него резких действий. Вроде того чтобы схватить меня за затылок одной рукой, другой – за талию, развернуть и притиснуть к себе так, что между нашими телами и волос бы не прошел.

– Поверь мне, с этим все нормально.

И Броди потерся носом о мою щеку. Я, умудренная опытом женщина, покраснела как невинная девица, которой в данный момент и являлась, почувствовав собственным животом, что там и правда все очень даже хорошо.

Всего-то и надо было повернуть чуть голову – и поцелуй случился как-то сам собой.

* * *Как ни старался Бродерик отвлечь меня поцелуями от мыслей об убийце и расследовании, ему это не удалось.

Ну, почти…

В какой-то момент мы так увлеклись, что, если бы не махровый, вбитый в него с детства кодекс джентльмена, все произошло бы прямо там, на балконе. Но жених – вроде бы все еще жених, заявок на расторжение помолвки не поступало, по поведению скорее похоже, что он совершенно не против, – с усилием отстранился, чмокнул меня в нос и завернул обратно в халат едва ли не с головой.

Только тогда я заметила, что верх платья расстегнут чуть ли не до талии.

Ай да тихоня рыжий.

Давя довольную усмешку, я поправила корсаж – благо застегивался он для разнообразия спереди – и пристроила голову у Бродерика на плече.

– Ты больше в эту грязь не полезешь, Кати!

Голос его был тверже стали, хоть и несколько хрипловат. Я потерлась носом о его подбородок, втягивая постепенно пропитывающий меня запах. Слышать собственное имя, пусть и искаженное, было безумно приятно, но я не собиралась менять из-за нескольких теплых слов и уютных поцелуев принципы собственной жизни.

Не смеши меня, женишок. Неужели ты и правда думаешь, что твоего запрета достаточно, чтобы меня остановить?

– Я пойду. Внизу ждет Пэдди, – прошептала я ему в шею, с удовлетворением наблюдая, как по коже пробежала дрожь от моего дыхания."

"Бродерик галантно проводил меня до авто, не обращая внимания на свой домашний вид. Халат я ему вернула, но на улицу в таком виде все равно было не принято выходить.