Лишнее золото. Судьбы цвета хаки

– Не знаю, как Нардин, но лично я еще не слышал самого поручения, – подал реплику Карим. – Отправиться в экспедицию – хоть завтра. Только мне кажется, что просто так ты нас не отпустишь. Что для этого надо сделать?

– Вот это уже деловой разговор. Слушайте…

5 год по летоисчислению Нового мира.

Предместье Виго

На деревянном прилавке под полосатым матерчатым навесом лежали огромные гроздья винограда. Даже здесь, сидя в машине, я чувствую этот запах. Их матовые, иссиня-черные ягоды напомнили мне о детстве.

Вот мои родители… Мама вытирает лоб тыльной стороной ладони, поднимает взгляд на отца и счастливо улыбается. Летнее солнце Аверона. Франция. Беззаботное, счастливое детство. Как давно это было… Словно и не со мной. Я невольно провожу рукой по губам, словно хочу вытереть виноградный сок, возникший в моих воспоминаниях.

– Что? – переспросил я, не услышав последней фразы.

– Да это так, мысли вслух. Не обращай внимания. – Карим повернул голову и проводил взглядом женщину, выходившую из овощной лавки, – Знаешь, Поль, чем старше я становлюсь, тем чаще свидания напоминают собеседования.

– Да, есть что-то похожее, – рассеянно кивнул я. Голова была забита другими мыслями, нежели очередная юбка, на которую положил глаз мой друг. Рядом со мной лежала пухлая папка с документами. Два досье. Две жизни… Две цели…

– И вместо романтического лепета, – он щелкнул пальцами и потянулся в карман за сигаретами, – банальный допрос. «Ах, как это все интересно! Скажите, а чем вы занимались в Старом Свете, мистер Карим?» И что мне ответить этой накрашенной кукле?

– Прошлое не выбирают…

– Думаешь, что поймет?

– Дьявол! Что это на тебя нашло? Кризис среднего возраста? – Я с удивлением посмотрел на алжирца, развалившегося на соседнем сиденье.

В цветастой гавайской рубашке и светлых джинсах, он был похож на одного из тех жизнерадостных шалопаев, которыми полны курортные городишки.

– Может, и так. А может, простая усталость.

– Устал от жизни? А ты кури больше – еще не так устанешь.

– Можно подумать, что ты меньше куришь. Плевать. Пока я сидел в камере, много думал.

– Поздравляю.

– Не утрируй, Медведь, я говорю совершенно серьезно. – Шайя посмотрел на часы и, не меняя интонации, продолжил: – А вот и наш объект. Двенадцать часов десять минут. Что-то он сегодня опаздывает…

– Вижу…

Напротив нас, метрах в двадцати, остановился внедорожник. Из него выбрались два здоровенных парня в легких плащевых куртках защитного цвета.