Лихие. Авторитет

Проваливайте отсюда, ушлепки. Везите этого в травматологию. Ну а потом в стоматологию.

Двое подручных Артиста подняли шефа, закинули его руки на себя. Бля… теперь отмывать кабинет от крови.

— И это, Артист!

Троица испуганно обернулась.

— Уходи из бандитов. Не твое это. Сгинешь ни за что.

Они вышли из кабинета, провожаемые стволами Рули и Коляна, а я расстроенно оглядел себя в зеркале. Белоснежная рубашка вся в красных пятнах. Да и костюм, наверное, тоже… Правда, он темный, не так заметно. Ленка подошла сзади, обняла и прижалась щекой к спине.

— Прости, я так испугалась. Тебе очень больно? У тебя руки в крови.

— Вот черт, — расстроился я, разглядывая разбитые кулаки. — А у меня вечером встреча с министром иностранных дел. Вот как я пойду в таком виде?

— Я сейчас принесу, — встрепенулась Ленка. — И рубашка есть на тебя, и костюм. Поедешь в новом. А это мы приведем в порядок.

— Пластырь есть? — спросил я.

— Найдем, — кивнула Ленка и убежала, оставив меня в каком-то раздрае. Вот не видел ее, и не так тяжело было.

— Как Маша? — как можно нейтральней спросил я, когда она промыла мне руки перекисью и залепила костяшки бактерицидным пластырем.

— Скучает по папе, — точно таким же тоном ответила мне Ленка. — Спрашивает, почему он не приходит. Может, папа ее не любит?

Ну раз шутит, значит, не все так плохо.

— А ты моей дочери не рассказала, что выгнала папу из дома? — спросил я.

— Я его давно простила, — ответила Лена, — хотя он даже не извинился.

— Я тебе этот магазин подарил! — схватился я за голову.

— Цветов на пожарной машине, — лукаво усмехнулась она. — И тогда блинчики с джемом тебя ждут.

— Я не могу на пожарной машине, — шепнул я ей в ухо. — Я же депутат…

— Тогда просто цветы, — ответила она. — Мы ждем тебя, Сережа."

"— Я, наверное, сойду с тобой с ума! — честно признался я ей, утопая в бездонной синеве ее глаз..

— А может быть, наоборот, со мной ты становишься нормальным?

На этот вопрос у меня ответа не нашлось, а заседание бюджетного комитета и впрямь начнется вот-вот.

* * *Министра иностранных дел Российской Федерации можно было охарактеризовать одной фразой: интеллигентная гнида. Козырев был из тех, кто называет кошку на Вы, но спокойно продает ее живодерам на воротник. Конченая тварь, в общем. Я с ним даже в одном помещении находиться не мог, но держался, вспоминая заветы вождя, который запретил мне пиздить политических оппонентов.