Легенда о розе. Цена предательства

- Где все? – интересуюсь у Люси, намекая на непривычную тишину в доме и во дворе.

- Все уехали, даже Митрич!

- Куда?

- Вы не знали? – переспрашивает быстрым шепотом, - ночью на карьере взрыв был… есть погибшие!..

- Что?! На каком карьере?"

"- Я не знаю, - качает она головой, - Ирма Сергеевна, вы у бабушки вашей спросите, с ней утром Митрич разговаривал.

Не допив лекарство, я срываюсь с места. Ударившись плечом об косяк, едва не заваливаюсь на выходе, но, не останавливаясь, бегу в покои бабки.

- Привет, - хриплю, влетев в комнату.

Бабушка, как всегда, курит. Стряхнув пепел, смотрит на меня недовольно.

- Ты вчера на ночь не умылась или помирать надумала? Выглядишь хреново, - прокуренным голосом выдает она.

- Спасибо, ба… - сажусь напротив нее в кресло, - расскажи про взрыв.

- А что рассказывать?.. – тушит недокуренную сигарету и, оттолкнувшись ногами от пола, раскачивает кресло, - ночью на руднике взорвался тротил, погибли трое.

- На каком руднике? На новом?

- Нет, на старом. На новый так просто, да еще с тротилом, не проберешься.

- Кто это сделал, уже известно?

- Официально, пока нет, - отвечает неопределенно.

- Шумовы?

- Кто ж еще?..

- Боже… - вырывается у меня.

Противостояние выходит на новый уровень и, похоже, ставки будут только повышаться.

- Крестный тоже туда поехал?

- Он в городе проблемы решает, - ворчит бабка, - кто-то слил информацию про взрыв журналюгам. Началась шумиха.

Черт. Это очень – очень плохая новость. Добыча нефрита полулегальна, некоторые нюансы работы на карьерах широкой общественности знать нельзя.

- И что делать теперь? – спрашиваю охрипшим от болезни голосом.

- Нам с тобой – сидеть и не мешаться под ногами, - пусть Олег с Сашенькой разбираются.

Сашенька. Так она Алекса называет. Каждый раз с поволокой в бесцветных глазах и нежностью в голосе. Сама признается, что питает к нему слабость, видимо, напоминает ей того самого лейтенанта.

- Ну, а ты чего? – намекает на мое состояние, - где летом сопли умудрилась заработать?

Опустив голову, я смотрю на его кольцо.

- Под дождем промокла…

- Дура, - тяжело вздохнув, шепчет бабка.

Говорит это так, словно стала свидетелем нашего с ним разговора. Не удивлюсь, потому что она откуда-то всегда все знает.

Но сегодня ее эпитет более чем кстати.

Я не просто дура. Я больная на всю голову идиотка.

- Такого мужика просрала, - продолжает она сокрушаться, - променяла на кусок дерьма.