Легенда о розе. Цена предательства

Плохое самочувствие вкупе с воспоминаниями вчерашнего вечера напрочь отбивают желание жить. Не хочется ничего. Мое будущее серое, унылое и лишено смысла.

Прижавшись сухими губами к гранату на кольце Алекса, долгое время смотрю в одну точку. Прокручивая в голове события, последовавшие за возвращением Кляйса, прихожу в ужас.

Я больная.

Неужели, мне настолько понравилось быть в образе жертвы, что я снова захотела его на себя примерить?..

И ведь примерила бы, если бы не Алекс. Тяга и тоска по нему не дали снова погрузиться в Кляйсовское болото.

Как?.. Как я вообще в него ступила?.. Я ведь знала, что он из себя, как человек, представляет. С самого начала. Еще с тех времен, когда мы восемь лет назад только начали встречаться.

Марк лжец до мозга костей. Он врал всегда и всем. Отцу, моему дяде и мне. В моем случае, он даже не пытался делать это хорошо. Врал коряво, не заботясь, чтобы его россказни выглядели правдоподобно.

А я все понимала, видела, как он пытается мной манипулировать и поддавалась манипуляциям.

Зачем?!

Чувствуя, как подобные мысли усиливают мигрень и угнетают мое и без того шаткое эмоциональное состояние, решаю спуститься за лекарством.

С трудом поднявшись, несколько мгновений ловлю равновесие и накидываю на плечи бабкину шаль. На большее сил у меня не хватает.

- Люся, - хриплю не своим голосом, - дай порошок от температуры.

- Ой! Ирма Сергеевна, что с вами?

- Простыла.

- Летом? – восклицает она, но тут же осекается.

Начинает суетиться, греет воду, достает с верхнего шкафа кейс с лекарствами.

В то время как я пытаюсь собрать развалившиеся куски себя самой в единое целое, влетевшая в кухню Катерина просто лучится молодостью и здоровьем.

Ее счастливый вид вгоняет в сердце ржавый гвоздь, но я эту боль принимаю со смирением. Винить кого-то, кроме себя, я не в праве.

- Извините, - пищит она, остановив на мне испуганный взгляд.

Я вглядываюсь в ее голубые глаза и нахожу там то, что она не очень-то старается скрыть – злорадное торжество.

Ненавижу.

Ненавижу и завидую. Сучка оказалась умнее меня.

В воспаленном мозгу мелькает мысль уволить ее, но я обрубаю ее на корню. Алекс просил не трогать его.

- Вот, - говорит Люся, опуская передо мной стакан с лекарством и термометр, - измерьте температуру.

- Позже…

Я и так знаю, что она повышенная. Пихать градусник подмышку при Катерине я не стану.