Лабиринт

Очередная жополизка, орущая на подчиненных и виляющая хвостом перед начальством.

Я особо не хотела, чтоб она справки наводила, не хотела, чтобы начала передо мной лебезить. Мне, как любому фанатику, хотелось работать, хотелось чего-то добиваться и достигать, без протекций и громких имен. Я вдруг увидела для себя в жизни новые цели. Свое предназначение, подтверждение тому, что выбрала профессию правильно.

Только в отношении Натальи я сильно ошиблась. За неделю немного освоилась здесь, перезнакомилась с персоналом.

Заведующую за спиной называли ""кикимора болотная"" и не особо любили. Но как я поняла — тетка она не плохая, для больницы много сделала, иногда ездила в столицу и выбивала новое оборудование, дорогие препараты. Ругалась до хрипоты за каждую кровать, за каждое казенное полотенце. Я как-то пришла к ней просить подпись на выписку и услышала, как она орет кому-то:"

"""— А мне что прикажете делать? Простынями им головы вытирать? У меня здесь дети.

В общем, мне все равно, как вы это сделаете, а не сделаете — я жалобу напишу, сама лично поеду. Вы получили. Мне известно об этом. Да, плевать. Можете из дома нести. Чего тебе, Воронова? Что стала, уши развесила? Работы мало?""

После моего приезда у больницы наконец-то объявился ""неизвестный"" спонсор.

Девчонки смеялись надо мной, что зря я за комнату Марфе Васильевне плачу — я же из больницы не вылезаю, могу тут смело ночевать. А мне не хотелось домой — потому что там Я. Не дом это. А место, где я сама себя жрать начну. Нет у меня дома и не было никогда. Есть дом Андрея, где меня любят, и все. Своего нет, не было и, наверное, не будет.

Один единственный раз чувствовала себя дома — с Максом. И не важно, где. Даже в его машине.

А к себе, на съемную, не хочу.