Кубинское каприччио

– Я услышала выстрел и крик, – пояснила Фатьма, – и услышала, как кто-то бежит. Потом еще кто-то. Я вышла в коридор и поспешила в кабинет. Ведь тайник я там видела. Поэтому туда и пошла. А когда вошла в комнату, то увидела, что Хуршида на ковре лежит мертвая, а рядом стоит ее сын с пистолетом в руках. Вот тогда мне стало страшно по-настоящему. Это сейчас я понимаю, что он, наверное, в комнату вбежал и увидел пистолет. Сразу его поднял, чтобы мать защитить или пистолет рассмотреть. Не знаю зачем. Да и знать не хочу.

Только я увидела ее на ковре, а его с оружием, и сразу словно речь у меня отняли, даже кричать больше не могла. Сначала крикнула, а потом начала хрипеть. И если бы не вы… даже не знаю, что со мной могло случиться. Я тогда подумала, что Туфан в свою мать сам стрелял. И очень испугалась. Потом ничего не помню. Пока вы меня не ударили. И пока я не стала пол и ковер пачкать. Но я уже все отмыла. Хотя сегодня утром следователи приезжали, когда нас не было. И все там фотографировали заново.

– Откуда вы знаете?

– Гулам сказал. Он все время здесь был, вместе с ними. А потом, когда они уехали, он тоже ушел на поминки к покойной Хуршиде домой.

– Вы ее не очень любили?

– Так нельзя говорить, – рассудительно ответила Фатьма, – она умерла, и так нельзя говорить об умершей. Но она была очень тяжелым человеком. И с ней было трудно. Семена Борисовича она немного боялась и уважала. А с племянниками его вообще не церемонилась и все время им гадости говорила. Считала, что они мало помогают ей и ее сыну.

– И Валиду она не любила?

– Ненавидела. Ой, что я говорю. Не любила она ее. И все время говорила, что Валида не пара нашему Семену Борисовичу. Только тихо говорила, чтобы он не очень нервничал. Ему не нравилось, когда о Валиде плохо говорили. Очень не нравилось.

Дронго хотел задать еще несколько вопросов, когда зазвонил его мобильный телефон. Он достал аппарат.

– У тебя очень странные друзья, – сообщил ему знакомый, – и звонки у них очень странные. Будешь записывать по минутам или запомнишь? Я уже не удивляюсь, когда ты запоминаешь по десять-двенадцать номеров.

Но это совсем не тот случай. Я проверил по нашим компьютерам. И получил удивительные данные. Ты еще стоишь или сидишь? Тогда садись, я их сейчас тебе продиктую.

Глава 19

Он поднялся к себе в комнату. Теперь наконец получалась цельная картина. Отдельные элементы мозаики складывались в конечном итоге в общую картинку, и он мог сделать некоторые предварительные выводы.