Круг перемен

Бесцельно покружив по дому, Инна налила себе третью чашку кофе и поставила на стол шкатулку с драгоценностями. Прежде, в той жизни, что осталась за чертой взрыва, она обожала носить побрякушки, причём не абы какие, а настоящие, из золота и платины. Первое колечко с изумрудиком подарила мама на шестнадцать лет, а потом каждый год в шкатулку добавлялось по нескольку предметов, имеющих ценность не только ювелирную, но и финансовую.

Серьги из белого золота с бриллиантами она купила в Амстердаме, когда ездила в круиз по Северному морю.

Браслет с ярким синим танзанитом в серебре подарил финский отчим. Больших денег браслет не стоил, но за счёт изящной работы выглядел эффектно и дорого. Были в шкатулке еще подвеска с бериллом, несколько пар серёг, витая цепочка из трёхцветного золота…

Мама рассказывала, что Инна с пелёнок любила всё блестящее и моментально успокаивалась от нитки бус или связки колец на прочной верёвке.

Инна похолодела от воспоминания о давно забытом эпизоде, который внезапно представился жутким пророчеством. Её зазнобило.

Их выпускной класс водили в медицинский колледж на лекцию по гигиене. Запомнились длинный коридор с высокими арочными окнами, сдержанное хихиканье одноклассников над учебными плакатами на стенах и маленький зал со скелетом человека в углу возле стенда.

— Хорошенький какой, — кивнула на скелет подружка Маринка.

За нарочитой бравадой Инна угадала, что Маринке не по себе, и развеселилась. Подумаешь, скелет, ничего особенного. Она посмотрела на тёмные провалы глазниц с треугольной дырой вместо носа. А ведь когда-то он был человеком, таким, как, например, Маринка или преподавательница, что увлечённо рассказывала о бактериях и эпидемиях.

— А что, бойфренд хоть куда, — прошептала она Маринке, — я бы не отказалась пойти с ним в кино. Представляешь, идём мы такие под ручку билет покупать, а кассирша хлоп в обморок!

Они с Маринкой закатились от смеха, а потом Инна, сама не зная зачем, сняла с пальца бисерное кольцо собственного плетения и надела на палец скелета.

— Девочки в последнем ряду! Вы ждёте, чтобы вас выставили? — пресекла их веселье учительница.