Кровь, слезы и лавры. Исторические миниатюры

Коновницын (дежурный генерал при ставке Кутузова) даже бранил казаков и ополченцев:

– Куда их столько-то! На един прокорм сих сущих бездельников наша казна экие деньги бухает, яко в прорву какую…

Кутузов расположил свою главную квартиру в трех верстах от Тарутина – в безвестной деревушке Леташевке. Именно здесь, в нищенской избе, поселился главнокомандующий, по-стариковски радуясь, что печка в избе большая и не дымит. А генерал Коновницын жил по соседству – в овчарне без окон, лишь землю под собой присыпав соломкою (над овчарней была вывеска: “Тайная канцелярия генерального штаба”).

Из Петербурга прибыл в Тарутино для связи князь Петр Волконский, и Кутузов гусиным пером указал ему на лавку:

– Ты посиди, князь Петр, я письмо закончу.

– Кому писать изволите?

– Помещице сих мест – Анне Никитичне Нарышкиной…

Было утро 23 сентября 1812 года. Понедельник.

В избу шагнул взволнованный Коновницын:

– На аванпостах появились французы с белыми флагами и просят принять Лористона для свидания с вашей светлостью, а Лористон письмо к вам имеет – от Наполеона…

Сразу же нагрянул сэр Роберт Вильсон, военный атташе Англии; извещенный о прибытии Лористона, он стал высказываться перед Кутузовым в таком духе, что честь и достоинство русской армии не позволяют вести переговоры с противником:

– А герцог Вюртембергский и принц Ольденбургский, ближайшие родственники мудрого государя нашего, и мыслить не смеют о мире с этим корсиканским злодеем.

Кутузов в британской опеке не нуждался:

– Милорд, обеспокойтесь заботами о чести своей армии, а русская от Вильны до Бородина достоинство воинское сберегла в святости… Избавьте меня и от подозрений своих!

Волконскому он велел ехать на аванпосты, требовать от Лористона письмо императора. Волконский сообразил:

– Лористона вряд ли устроит роль курьера, он обязательно пожелает вручить письмо лично вам… Не так ли?

– Известно, – отвечал Кутузов, – что не ради письма он и заявился… А ты, князь Петр, пошли адъютанта своего Нащокина ко мне в Леташевку с запросом, да вели ему ехать потише.

Волконский все понял. Понял и ускакал.

Кутузов всегда носил сюртучишко, а теперь, ради свидания с Лористоном, решил облачиться в мундир со всеми регалиями.