Кровь, слезы и лавры. Исторические миниатюры

Все жители города хорошо знали, кто погребен под этим мавзолеем, родители приводили сюда своих детей, говоря им:

– Здесь лежит дядя Резанов, и когда ты вырастешь, ты прочитаешь о нем в интересных книжках…

Но вот настали “времена всеобщей свободы и расцвета пролетарской культуры”: собор для начала разгромили, а внутри собора устроили комсомольский клуб. Потом взялись за кладбище, уничтожая могилы предков, и скоро на месте мавзолея и надгробия возник пустырь. Конечно, так долго продолжаться не могло, и в соборе разместили цех механического завода, а кладбище превратили в городскую свалку.

Ладно, думаю я, если вы дураки и Резанова не знаете, то, может быть, вам знакомо хотя бы имя гениального Мартоса, автора этого мавзолея? Нет, местные власти оказались умнее всех на свете – и даже Мартоса не пощадили. “Весь мир насилья мы разрушим до основания, а затем…” А что затем?

Затем, как я слышал, собираются вообще снести собор с лица земли, оставив ровное поле, и на месте кладбища желают соорудить торжественное здание концертного зала.

Чувствуете, читатель, как растет наша культура?

– Сначала собор и кладбище, потом клуб с площадкой для танцев, затем цех завода и свалки, а теперь мы пойдем слушать музыку.

Только нам-то от всего этого не до музыки…

Жизнь генерала-рыцаря

Еще не поздно, есть о чем Нам вспоминать. Теперь два слова Скажу про Кульнева, – о нем Тебе, чай, слышать уж не ново? Это из поэмы о Кульневе знаменитого финско-шведского поэта Иоганна Рунеберга…

Яков Петрович Кульнев – давняя любовь моя.

Где Кульнев наш, рушитель сил, Свирепый пламень брани! Он пал, главу на щит склонил И стиснул меч во длани. Так писал Жуковский; Денис Давыдов писал гораздо проще:

О муза, расскажи, как Кульнев воевал, Как он среди снегов в рубашке кочевал И в финском колпаке являлся среди боя, Пускай услышит свет Причуды Кульнева и гром его побед… Человеку нормального роста эфес сабли Кульнева доходил по плеча – Яков Петрович был великаном, души добрейшей и благородной.

Кульнев, презирая смерть, всегда шел в авангарде.

– Герой, служащий отечеству, – говорил он друзьям, – никогда не умирает, оживая духом бессмертным в потомстве…

И земля тряслась, когда он взмахом сабли срывал в атаку лавину гродненских гусар.