Крестики-нолики

— Я угощаю, — процедил Ребус, с трудом беря себя в руки.

Джилл Темплер снова и снова обдумывала известный факт: система, которой пользовался убийца при выборе своих жертв, предполагает, что он имел возможность заранее узнать их имена. Следовательно, существует список или другие документы, где фигурируют имена и фамилии девочек — и убитых, и многих других. Что же их объединяло? Полиция навела справки. У девочек и вправду были кое-какие общие интересы: нетбол, поп-музыка, книги.

Нетбол. Поп-музыка.

Книги. Это значит, что надо проверить всех нетбольных тренеров (сплошь женщины, так что это отпадает), продавцов музыкальных и книжных магазинов и диск-жокеев, библиотекарей. Библиотеки… Хранилища книг.

Ребус рассказывал Риву сюжеты книг. Саманта ходила в Центральную городскую библиотеку. Остальные девочки тоже иногда ее посещали. Видели, как одна из девочек в день своего исчезновения поднималась по лестнице, ведущей в сторону библиотеки.

Но Джек Мортон уже проверял библиотеку.

У одного из сотрудников был голубой «Форд Эскорт». Подозреваемый оказался ни при чем. Но достаточно ли было той первой беседы? Нужно расспросить Мортона, а потом самой провести повторную беседу. Она уже собралась было взяться за поиски Мортона, когда зазвонил телефон.

— Инспектор Темплер, — сказала она в бежевую трубку.

— Девочка умрет сегодня вечером, — прошипел голос на другом конце провода.

Она резко выпрямилась на стуле, едва его не опрокинув.

— Мистер, — начала она, — если вы какой-нибудь шутник…

— Заткнись, сука! Никакой я не шутник, и тебе это известно.

Я шутить не намерен. Слушай! — Откуда-то послышался сдавленный вопль, рыдание девочки. Затем вновь шипящий голос: — Передай Ребусу, что ему не повезло. Он не сможет сказать, что я не дал ему ни одного шанса.

— Послушайте, Рив, я…"

"Она проговорилась случайно, случайно произнесла его имя, лишь потому, что, когда она услышала вопль Саманты, ее охватила паника. И тут она услышала другой вопль — леденящий душу вопль безумца, которого разоблачили.

От этого вопля зашевелились волосы у нее на затылке. И воздух вокруг застыл. Это был вопль самой Смерти в одном из ее многочисленных обличий. Это был последний торжествующий крик заблудшей души.

— Ты знаешь, — задыхаясь выговорил он, и в голосе его смешались страх и радость. — Знаешь, знаешь, знаешь! Ты просто умница! Да и голосок у тебя сексуальный. Может, когда-нибудь я за тобой приду.