Красный, белый и королевский синий

– Не стоит извиняться, – говорит ей Генри. – Командиры повстанцев важнее королей. – И он подмигивает Клодетт, отдав ей честь. Девочка просто тает.

– Я впечатлен, – говорит Алекс, когда они вдвоем выходят из палаты. Генри выгибает бровь, и он тут же добавляет: – Не впечатлен, просто удивлен.

– Чему же?

– Тому, что у тебя есть чувства.

На губах Генри только-только начинает появляться улыбка, как вдруг случается сразу три вещи.

Первая: с другого конца коридора слышится шум.

Вторая: раздается громкий хлопок, пугающе похожий на выстрел.

Третья: Кэш хватает Генри и Алекса и толкает их за ближайшую дверь.

– Не высовывайтесь, – бурчит он, закрыв дверь и оставив их в полном одиночестве.

Оказавшись в полной темноте, Алекс спотыкается о швабру и о ногу Генри, и оба с грохотом рухают на кучу металлических уток. Принц первым приземляется на пол, лицом вниз, и Алекс оказывается прямо на нем.

– О господи, – бормочет Генри, его голос отдается эхом. Алекс про себя надеется, что тот приземлился лицом в утку.

– Знаешь, – говорит он почти на ухо Генри, – нам пора с этим завязывать.

– Прошу прощения?

– Это твоя вина!

– Как я вообще могу быть в этом виноват? – шипит Генри.

– Никто еще никогда не пытался застрелить меня во время президентских визитов, но стоило мне поучаствовать во всей этой королевской…

– Может, ты заткнешься, пока нас обоих не пристрелили?

– Никто не собирается нас убивать. Кэш охраняет дверь. Мне кажется, ничего и не произошло.

– Тогда хотя бы слезь с меня.

– Прекрати указывать мне, что делать! Я не твой подданный!

– Охренеть, – сквозь зубы ворчит Генри, отталкиваясь от пола.

– Не могли бы вы подвинуться, ваше высочество? – шепчет Алекс, толкая Генри плечом. – Хватит уже меня тискать.

– Поверь мне, я пытаюсь, – отвечает принц. – Тут места мало.

За дверью слышатся голоса и звук шагов.

– Ну что ж, – произносит Алекс, – в таком случае нам нужно устраиваться поудобнее.

Генри обреченно вздыхает.

– Просто фантастика.

Алекс чувствует, как принц шевелится у него под боком, скрестив руки на груди в попытке принять свою типичную закрытую позу с ногой, застрявшей в ведре для мытья пола.

– Да будет тебе известно, – говорит Генри, – на мою жизнь тоже никогда не покушались.

– Ну поздравляю, – отвечает Алекс.