Красный, белый и королевский синий

 – Рад тебя видеть, приятель. Ты был немного занят, не так ли? Перерыв перед поступлением в универ и все такое?

В его тоне ясно читается намек. Где именно ты был? Чем именно ты занимался? Челюсть Генри напрягается.

– Да, – отвечает он. – У нас с Перси была куча работы. Просто безумие.

– Точно, ты же про Фонд Оконьо? – спрашивает Филипп. – Жаль, что Перси не смог приехать сегодня. Полагаю, нам придется довольствоваться компанией нашего американского друга? – На этих словах он сухо улыбается Алексу.

– Ага, – отвечает тот слишком громко и расплывается в широкой ухмылке.

– Хотя думаю, что Перси выглядел бы менее уместно в этой ложе, не так ли?

– Филипп, – произносит Би.

– О, не надо так драматизировать, Би, – пренебрежительно отзывается ее брат. – Я лишь имею в виду, что он очень странный тип. А те женские тряпки, которые он носит? Для Уимблдона это был бы перебор.

Лицо Генри остается спокойным и добродушным, но одно из его колен дергается, коснувшись колена Алекса.

– Эти женские тряпки называются дашики, Филипп, и он надевал их всего раз.

– Точно, – хмыкает Филипп. – Ты знаешь, я ведь никого не осуждаю. Я просто думаю… помнишь те времена, когда мы были моложе, а ты общался с моими друзьями из универа? Или с сыном леди Агаты – тем, что увлекался охотой на перепелок? Ты мог бы задуматься о том, чтобы найти себе друзей более… подобающего положения.

Губы Генри сжимаются в тонкую линию, но он ничего не отвечает.

– Мы же все поголовно не можем быть закадычными друзьями какого-нибудь графа Монпезата, как ты, Филипп, – бормочет Би.

– В любом случае, – настаивает Филипп, не обращая на сестру внимания, – ты вряд ли найдешь себе жену, если не будешь вращаться в нужных кругах, согласен? – Тихо усмехнувшись, он возвращается к просмотру матча.

– Прошу меня извинить, – говорит Генри. Бросив свою программку на сиденье, он исчезает.

Десять минут спустя Алекс находит Генри в здании клуба возле гигантской вазы с аляповатыми фуксиями.

Его взгляд устремляется на Алекса в тот же момент, как он замечает его. Губы Генри искусаны и приобрели такой же яркий красный оттенок, как вышитый на его кармане британский флаг.

– Привет, Алекс, – безмятежно произносит он.

– Привет, – в тон ему отвечает Алекс.

– Кто-нибудь уже показывал тебе здание клуба?

– Нет."

"– Что ж, в таком случае… – Генри касается двумя пальцами тыльной стороны его локтя, и Алекс немедленно повинуется.