Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Обещайте, что будете беречь себя, – Наташа низко наклонилась к тете Соне, – обещаете?

– Обещаю. Тетя Соня прикрыла глаза. – Приходи, – прошептала она тихо. Ирини почти все это время молчала.

– Ну, ладно, тетя Соня, отдыхай. Завтра мы опять придем, навестим. До свидания! – Наташа поправила одеяло. Вошла жена Василия. Они немного поговорили о здоровье и самочувствии больной и, наконец, пошли домой в удручающем настроении. Было ясно, что тетя очень больна. Умерла она через три дня.

Ирини мучилась, не могла заснуть две ночи.

Василий, сын, было видно, убит горем. Его красавица жена Варя бестолково бегала то распоряжаясь об одном, то о другом, внося только суматоху.

После поминок они направились домой к Агапи. Подруга хотела показать недавно купленный диван. Он стоял в их самой большой комнате, рядом с круглым столом. На столе стояла простая ваза с букетом разных цветов. Кровать отсюда убрали. На полу лежала довольно изношенная тряпичная дорожка.

– Полюбуйся, – показала на новый диван Агапи, – наконец могу пригласить людей посидеть по-людски, а то все на стульях да табуретках. Теперь мечтаю купить ковровую дорожку, ну, а потом, если Бог даст, и телевизор.

В комнату вошла старшая дочь, Аня. Она обрадованно поздоровалась с Ирини.

– Ну как дела? – спросила ее Ирини. – Все хорошеешь, скоро будешь такой же красавицей, как и мама.

Аня бойко посмотрела на обеих.

– Да куда мне до мамки! У нее глаза голубые, а у меня зеленые.

– Зеленые тоже красиво.

– А мне больше нравятся голубые, – весело заявила Аня. Агапи отправила ее в магазин за хлебом. Смешливая девчонка быстро полетела в ближайших магазинчик.

– Красивая дочь у тебя, жаль не поступила учиться.

– Некогда мне было смотреть за ее учебой. Она, к тому же, главная моя помощница. Как я бы одна с оравой детей?

– Знаю. Моя племянница, Кикина дочь, тоже день и ночь дома пахала, не до учебы было.