Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

– Как же вы без документов, без разрешения поедете?

– Сейчас не так строго, как раньше, – беспечно отмахнулась Ксенексолца. Вон Харитон ездит даже в столицу со своими спекуляциями. Теперь, когда стало известно, что Сталин был гад, то теперь пострадавшим людям разрешается вернуться в свои родные места. И это справедливо, как думаешь? – задала она риторический вопрос и, зная ответ подруги, продолжала:

– Харитон говорит, уехал бы сейчас, но Самсон и слышать не желает об отъезде. Так, что он хочет на юг, но не так далеко от деда и сына.

– Эльпида все терпит?

Ксенексолца усмехнулась:

– Ты знаешь, у нее все это в порядке вещей: приезжает Харитон, и они становятся мужем и женой. Как ни в чем ни бывало.

– Интересно, а как Настасья?

– Наверно, так же. Приезжает он в Акмолинск, то есть Целиноград и тоже самое: он становится мужем ей. Ты ж знаешь, что Акмолинск переименовали? – спросила Ксенексолца подругу.

– Слышала.

– Ну и вот, о чем я? Да, и он становится мужем и отцом во второй семье.

В Целинограде работает Настин первый муж, как его? Да, Александр Власин, с погонами и звездами.

– Так уж и однодневной! Представляю… Так что, он переехал тоже в Целиноград?

– Харитон уезжал, как раз за вещами в Алма-Ату, – продолжала с увлечением рассказывать Ксенексолца, – как узнал, что бывший Настин муж заявлялся в его доме, да еще права качал – взбесился.

– Так, что Власин теперь в Целинограде живет? – переспросила опять Ирини.

– Переехал поближе, надеялся на что-то… Мужики – странные люди… Ну, неужели она к нему вернется, когда у нее на руках дочь Харитона.

– Да… Вот что делает красота. Не даром люди говорят: «Не родись красивой, а родись счастливой».

После сообщения Ксенексолцы о планах Харитона, Ирини потихоньку начала присматривать дома с вывесками «Продается дом». У себя тоже, памятуя необычайную немецкую чистоплотность кумы, принялась наводить порядки у себя дома к их приезду.