Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Савва поскорее снял с себя пиджак, пошел назад. Так хотелось пойти сейчас же на море, но не в семейных же трусах! Надо вернуться, дождаться тетю, пойти в магазин, купить все что нужно отдыхающему человеку. От хороших мыслей и предвкушения приятного время препровождения Савва заснул.

Тетя Рая пришла через два часа. Савва проснулся от скрипа двери. Неужели уже час дня? Он посмотрел на часы. Точно, ну и спал же он сегодня. Как с детства не спал.

Тетя подошла к нему, весело улыбаясь.

– Ну как ты спал?

Савва с удовольствием потянулся:

– Отлично, теть Рая, давно так не спалось!

– Очень хорошо! Видишь, как хорошо тебе с теткой! Подожди, я тебя еще откормлю, а то такой тощий.

– Почему же? – возразил Савва, – я всю жизнь такой. Да и не люблю толстых.

– Зачем толстым быть? А здоровым, упитанным быть красиво. При твоем росте, надо больше иметь веса, поверь своей тете.

Они уже были на кухне, и она что-то быстро собирала на стол.

– Приготовила, на скорую руку. Садись, Савва, давай, пообедаем.

На столе лежала редиска, зеленый лук, жареные яйца с колбасой и хлеб. Она налила стопочку какого-то вина или наливки.

Савва поднял стопку:

– За встречу, теть Рая!

– За встречу, дорогой племянник, – тетка всхлипнула, – Савва, как я хотела бы, чтоб ты жил здесь. Я одна, никого родных. Она осторожно, но картинно, вытерла слезы платочком.

Савва неуверенно возразил:

– У меня же семья, трое детей, как я смогу переехать. Здесь же очень дорогие дома, да и точно еще неизвестно, разрешают ли возвращаться? Как разузнаю, буду думать.

– Кое-кто уже сюда вернулся, я знаю. Конечно, прежде разузнай все. Как было бы хорошо, если б все наши родные вернулись!

– Тетушка, это моя мечта. Не представляете, как я истосковался по Адлеру, по Костасу. Как он, знаете о нем что-нибудь?

– Кушай, кушай, Саввочка, все, что знаю обо всех расскажу. Давай еще по рюмке! – предложила, зарумянившаяся от вина, тетка.

"Отобедав, она принялась показывать свое хозяйство, показала, где находится колонка с водой, туалет, которым пользовались около тридцати семей, соседствующих с тетушкиной «хибарой», как он про себя ее назвал. Действительно, две тесные комнаты, одна из которых служила еще и кухней были заставлены до предела, так что можно было сделать не больше двух шагов, чтоб наткнуться на что-либо. Тетя рассказала, как ей туго пришлось в войну.