Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Харитон был, что называется, в ударе. И кто бы мог подумать, что это главным образом не потому, что друг женится, что сын родился, что, наконец, удачно съездил на Черное море. А потому, что здесь же, на свадьбе, совсем недалеко сидела Анастасия Андреевна. По просьбе Слона, она спела несколько песен, и Митька-Харитон слушал, опустив голову, как зачарованный. Глаза боялся поднять, боялся выдать себя, не так, как перед всеми, как перед нею: не хотел, чтоб она видела, что сохнет по ней. Даже злился на себя, что еще больше с ума сходит с тех пор, как пронес ее, беспомощную, на своих руках.

* * *"

"Анастасия твердо решила разводиться. На ее слова, что теперь ей никто, кроме сыночка не нужен и мужчины ей отвратительны, баба Нюра прочла ей целую отповедь и приказала не хоронить себя, и что встретится ей мужчина, который сделает ее счастливой.

Анастасия не раз в мыслях вспоминала, как Дмитрий Харитониди наклонился тогда к ней, как «орел», над «орлицей». Именно тогда, она впервые почувствовала, что этот парень, вернее, женатый теперь мужчина не отстанет от нее, как бы она не упиралась.

Однако, побывав, как она говорила позже, в его лапах, а у сухощавого Харитона, руки были непомерно большими и сильными, она почувствовала себя в силках, откуда не вырваться. Надо сказать, те мгновенья были настолько сильными, что ощутить их еще раз страшилась. Для нее это было все равно, как броситься с головой в темный омут. И хоть Харитон старался делать вид, что нет у него особых чувств к ней, она прекрасно все замечала и боялась его, точно зная, что отношения с ним должны быть только дружеские, соседские, любые другие не приведут к чему-то хорошему.

Последнее время она почти перестала думать о своем бывшем муже, перестала мучиться и немного пришла в себя. Сосед Дмитрий Харитониди был одной из тех хороших причин, которые повлияли на нее так, что она была в состоянии улыбаться и даже петь, как, например, сегодня, на свадьбе Алика Асланяна.