Коза на роликах

За такую цену свободно можно было купить вполне приличную заводскую «белоголовку».

– А ты как хотела?! Чтобы такую-то вкуснятину и за десятку, что ли? Да в ней знаешь сколько витаминов? А градусов? С рюмки насмерть бьет!

– Ну, разве что насмерть, – согласилась Василиса и приняла бутылочку аккуратненько в газетку.

Люся уже замучилась со щенком, толкаясь неподалеку от киоска. Собаку постоянно тянуло куда-то в темень, а Люсенька последнее время старалась избегать неосвещенных мест. Поэтому, когда появилась Василиса с газеткой в руках, подруга с облегчением вздохнула.

Домой добрались быстро, однако не успели раздеться, щенка опять потянуло на улицу.

– Что это с тобой, Малыш? Мы же столько гуляли… – удивлялась Люся, снова натягивая курточку. – Вася, ты его чем кормила? Я же просила, не смей ему давать молока! Оно в собаке совершенно не держится!

– Я не кормила твою псину, это он сам, и, между прочим, не молоко, а сливочное масло, половину пачки со стола стянул, как только мордой дотянулся.

– Надо убирать со стола масло! Ты-то сама не хочешь с парнем гулять, а мне теперь снова тащиться.

– А ты с ним и не гуляла сегодня как следует, даже с поводка не спускала, а собачка на поводке стесняется! И нечего удивляться!

Подруги уже начали беседовать на повышенных тонах, и, возможно, дело бы дошло до крика, если бы в прихожей не появилась Вероника Абрамовна.

– Девочки, что такое? Давайте я с собачкой прогуляюсь. Я люблю животных, только мне их держать не разрешают. Люсенька, пойдемте, прогуляемся вдвоем, вечерним воздухом насладимся… а Василиса нам приготовит оладьи.

"Женщины удалились, а Василиса обиженно поползла на кухню. Нет! Они, значит, воздухом будут дышать, а она должна оладьи производить! Да Василиса уже забыла, когда оладьи пекла. Это у Люси они какие-то пышные получаются, она туда творога добавляет. Вот сколько раз ей говорила Василиса, зачем в оладьи творог? Нет ведь, никогда не слушается! Пусть теперь приходит и сама делает. А у Василисы зато котлеты чудесные выходят.

Отчего-то Люся с Вероникой Абрамовной домой не торопились. Василиса уже приготовила себя ко сну, а женщин с прогулки не было. В душе стало нарастать волнение – время позднее, а Малыш наверняка уже со всем управился.

Василиса выбежала на балкон – никого. Тихо. Вернулась в комнату, и ей почудилось, что в двери кто-то скребется.